| |
ему взять отпуск на время. Там,
на «Флориде», было действительно жарко, но в проклятой прерии и не такое
приходилось терпеть! Взять хотя бы моего коня, этого дьявола во плоти! Я и
сейчас еще не уверен, что он не вытряс из меня дюжину-другую костей. Да, так ты
о чем-то спрашивала!
— Где сейчас «Ласточка»?
— Крейсирует недалеко от берега при встречном ветре; у штурвала стоит Форстер.
А мы с капитаном добрались сюда на паровом катере; он отправился к начальству с
докладом, а я жду его здесь.
— Ты его ждешь? Здесь, у меня? Так он заглянет сюда?
— Разумеется! Настоящий моряк всегда первым делом заглядывает к матушке Тик,
когда бросает якорь в Нью-Йорке. А через час «Ласточка» будет в порту, тогда и
остальные подойдут: Пит Холберс…
— Пит Хол…!
— Дик Хаммердал…
— Дик Хаммерд…!
— Полковник Файрган…
— Полковник Файр…!
— Валлерштайн, Тресков, малыш Билл Поттер, Виннету, вождь апачей, и…
— Виннету, вождь…!
Слова застревали у доброй матушки Тик в горле, таким неожиданным было для нее
известие о предстоящем посещении ее кабачка столь знаменитой компанией. Но тут
она, к счастью, вспомнила о своих прямых обязанностях хозяйки.
— …вождь апачей, — наконец-то договорила она. — Да что же это я стою тут и
бездельничаю, ведь мне скоро обслуживать таких гостей! Я иду, Петер, я спешу, я
лечу, чтобы успеть все приготовить! А ты пока расскажи этим людям про «Флориду»,
которую вы отправили на грунт!
— Обязательно расскажу, а ты позаботься о том, чтобы моя кружка не пустовала,
потому что в рассказе про морской бой, как и в самом бою, тоже должно быть хоть
немного влаги!
— Не волнуйтесь, мистер Польтер, — успокоили его другие, — уж мы вас на мели не
оставим!
— Ну и прекрасно! Итак, слушайте, как было дело. Мы уже прошли экватор, а потом
и Антилы и приближались к Чарлстону. Естественно, мы старались держаться
подальше от берега, ведь Чарлстон принадлежит южанам, которые высылают далеко в
море свои корабли, чтобы отлавливать там каждого порядочного северянина.
— «Л'Оррибль» тоже был с вами?
— Разумеется. Он с самого начала следовал за нами в нашем кильватере, почему
нам и приходилось постоянно использовать лишь половину парусов, ведь мы
превосходили его в скорости. Так мы благополучно и шли и уже оставили за кормой
и Чарлстон, что позволяло нам вновь приблизиться к берегу.
— И тут вы повстречали «Флориду»?
— Не спеши, желторотый! Так вот, стою я однажды за штурвалом — вы ведь уже
знаете, что капитан произвел меня в почетные рулевые — и думаю как раз о
матушке Тик и о том, как она обрадуется, когда я снова загляну к ней. Мы, как
обычно, идем чуть впереди, а «Л'Оррибль» следует за нами под всеми парусами,
как вдруг из «вороньего гнезда» кричат:
— Вижу дым! Курс ост-норд-ост!
Можете себе представить, что мы все в ту же минуту высыпали на палубу — ведь с
пароходом, на котором поднят вражеский флаг, шутки плохи! Капитан моментально
поднимается на марс и достает подзорную трубу; потом качает головой, спускается
вниз и приказывает взять риф, чтобы «Л'Оррибль» смог приблизиться к нам на
расстояние голоса. И когда тот подходит поближе, кричит ему:
— Видели пароход, лейтенант?
— Да, сэр!
— Что это может быть за корабль?
— Не знаю, — отвечает Дженнер. — Не видно ни мачты, ни корпуса — он глубоко
сидит, сэр, очень глубоко!
— Видимо, это один из таранных кораблей южан. Будете уходить от него?
— Я сделаю то, что сделаете вы!
— Ну что ж, поглядим на него поближе!
— Хорошо, сэр, но мы с вами вдесятеро слабее его.
— Слабее, зато быстрее! Кто возьмет на себя общую команду?
— Вы.
— Благодарю! Тогда подпустим его поближе; если он поднимет вражеский флаг, вы
начнете у него на виду медленно уходить в открытое море. А я позабочусь о том,
чтобы он прицепился ко мне, и уведу его на мель. Потом подойдете вы и угостите
его вашими ядрами!
— Отлично! Что-нибудь еще?
— Все.
Тут мы оставляем большие паруса и убираем малые вместе с рангоутом, чтобы все
выглядело так, будто мы потерпели аварию в шторм и не можем двинуться с места,
и подпускаем
|
|
