олоса обсуждали собственные дела, 
словно в комнате никого, кроме них, и не было. Судя по всему, все они были 
моряками — во всяком случае, проявляли явную осведомленность в морском деле и 
последних новостях морской жизни. Среди прочего упоминались ими и названия 
стоявших в то время в порту и на рейде кораблей.

— Вам известно, — спросил один из них, — что на рейде бросил якорь «Л'Оррибль»?

— «Л'Оррибль», бывший капер?

— Да, под командой лейтенанта Дженнера. Великолепное судно, как по оснастке, 
так и по вооружению — Черный Капитан не раз успел доказать это.

— Жаль беднягу, пришлось ему попробовать веревки! А может, и нет, а?

— Ужасно жалко. Ловкие были ребята — что он сам, что его команда…

— Он-то, может, и не очень; зато, говорят, у него был потрясающий помощник, 
который, собственно, и командовал шхуной.

— И я тоже об этом слышал. Так это вроде бы вообще-то баба была. Но сущая 
дьяволица! И ничего удивительного: уж если дьявол хочет доставить себе особое 
удовольствие, то вселяется непременно в женщину.

— Верно, — поддержал его третий. — Это была женщина, и звали ее Мисс Адмиральша,
 это я точно знаю. Говорят, она была дочерью какого-то старого морского волка, 
который брал ее с собой в каждое плаванье. И со временем она так наловчилась в 
нашем деле, что правила судном лучше опытного капитана. Любой моряк знает, что 
была такая женщина. А может, и сейчас есть. А если кому интересно, пусть 
спросит у Длинного Тома, уж он-то все об этом знает. По-моему, этот подлец 
прошел с Черным Капитаном не одну сотню миль и знает «Л'Оррибль» куда лучше, 
чем сам хочет нам в этом признаться.

— Может, и так, с него, пожалуй, станется. Но если это даже и так, то я все 
равно бы ему это в упрек не поставил — уж во всяком случае, на капере жизнь 
веселее, чем на какой-нибудь торговой посудине. Не буду дальше распространяться,
 но, думаю, вы меня отлично понимаете!

— Да чего уж там, выкладывай все подчистую! Или, если ты боишься, так я сам 
скажу: будь Черный Капитан еще жив и будь у него в руках «Л'Оррибль», я бы тут 
же записался к нему в команду. Вот так-то! И думаю, что вы меня поддержите!

В этот момент открылась дверь, и в комнату, пригнувшись, вошел человек, 
которого вся компания приветствовала как старого знакомого.

— Эй, Длинный Том! Давай, причаливай к нам! А знаешь ли ты, что мы только что 
говорили о тебе?

— Да, о тебе и о «Л'Оррибле», — подтвердил один из собравшихся.

— Оставьте его в покое, старые болтуны! Пусть стоит себе на рейде, — ответил 
Длинный Том, усевшись за стол и бросив незаметный взгляд на человека с родимым 
пятном. — Какое вам до него дело, а?

— Нам-то никакого, а вот тебе… ты ведь знаешь его лучше, чем мы! Или скажешь, 
что ни разу не стоял на его палубе?

— Я не скажу ни «да», ни «нет», хотя, возможно, так оно и было. Их наберется не 
одна дюжина, этих посудин, которые видели на своей палубе старого Тома. Так что 
же из того, что в их числе мог быть и «Л'Оррибль»?

— Абсолютно ничего. Но все-таки скажи, правда ли это, что первым помощником 
капитана на этом капере была баба?

— Насколько я сам слышал, да.

— Хм, пожалуй, тогда дрянные дела творились на судне!

— Это почему?

— Да потому, что если баба управляет кораблем, то я бы не хотел в этом 
участвовать. Думаю, она как раз и виновата в том, что с ним случилось.

— Вы это серьезно?.. — неожиданно подал голос незнакомец с родимым пятном.

— Абсолютно серьезно! Или вы что-то имеете против?

— Не ваше дело. Я только хотел знать, уверены ли вы в своих словах!

— Не мое дело? Когда какой-то чужак влезает в мой разговор — это не мое дело? 
Попридержите-ка лучше язык, а не то я затолкаю вам его в глотку!

— Так я и поверил!

— Ах, так! Ну, тогда получите то, что вам причитается!

Он одним прыжком оказался рядом с тщедушным незнакомцем, который к тому же был 
на целую голову ниже его ростом, и замахнулся для удара, который никак нельзя 
было бы назвать ласковым прикосновением. В следующее мгновение незнакомец 
каким-то непостижимым образом обхвати