ах двоих оставшихся пленников.

Они вскочили с земли и бросились бежать.

— Скорее, ради Бога, скорее! — кричал немец.

Схватив женщин за руки, он потащил их прочь, но ноги пленниц так затекли от 
тугих ремней, что едва повиновались им.

— Вождь! — в отчаянии воскликнул немец.

— Здесь! — отозвался индеец.

— Скорее сюда!

Через мгновение индеец был рядом с ним. Он подхватил одну из женщин на руки и 
побежал дальше. Хельмерс понес на руках вторую. Они вскочили в седла, подтянули 
наверх женщин, перерезали лассо, которыми были привязаны животные, и помчались 
прочь.

Все это было проделано с молниеносной быстротой и, как оказалось, как раз 
вовремя: в тот самый момент, когда они пустили вскачь лошадей, им вслед 
загремели выстрелы команчей.

Те, судя по всему, не допускали даже мысли о возможности нападения и потому 
крепко спали. Разбуженные предсмертным криком своего сородича, они повскакивали 
с земли и схватились за оружие. Возникла жуткая неразбериха, и они поняли, что 
произошло, лишь тогда, когда заметили удаляющихся от них пленников. Теперь и 
они тоже оседлали лошадей и бросились в погоню.

Хельмерс и вождь апачей скакали впереди, указывая дорогу. Перед каждым из них 
лежала поперек седла одна из женщин. Наверху их дожидался вакеро. Заметив их 
приближение, он вскочил в седло и взял за поводья двух оставшихся лошадей.

— За нами! — крикнул ему Хельмерс, проносясь мимо.

Так в полной темноте продолжалась эта дикая гонка, снова спустившись в долину 
по другую сторону возвышенности. Несколько поотставшие команчи на скаку 
перезаряжали ружья и посылали вслед беглецам выстрел за выстрелом, ни один из 
которых, к счастью, так и не попал в цель. Наконец беглецы достигли границ 
прерии, и теперь можно было подумать об обороне.

— Вы умеете ездить верхом, сеньора? — спросил Хельмерс свою даму.

— Да.

— Вот вам поводья! Скачите все время прямо!

Он спрыгнул на землю и пересел на свою лошадь, которую вакеро все это время 
держал за повод. То же самое сделал и вождь апачей. На скаку они образовали 
арьергард и, приготовив ружья, стали дожидаться приближения погони. В этом 
ожидании прошла ночь, и наступил рассвет. Стало ясно, что команчи остались 
далеко позади — отчасти из осторожности, а отчасти потому, что, видимо, решили 
пока в отличие от беглецов поберечь своих лошадей.

— Может, пора ехать помедленнее? — спросил вакеро.

— Нет, — ответил индеец, — только вперед, и как можно быстрее, чтобы река 
оказалась между нами и команчами!

Уже совсем рассвело, и можно было приглядеться к женщинам повнимательнее. Одна 
из них была по крови испанкой, другая — индеанкой, но обе были прекрасны, 
каждая по-своему.

— Как долго еще вы сможете выдержать скачку, сеньора? — обратился немец к 
первой из них.

— Столько, сколько потребуется! — ответила она.

— Как мне следует называть вас?

— Меня зовут Эмма Арбельес. А вас?

— Мое имя Хельмерс.

— Хельмерс? Ваше имя похоже на немецкое.

— А я и есть немец. Скоро нам придется перебираться через реку, сеньорита.

— Думаете, нам это удастся?

— Надеюсь, что да. К сожалению, лишь трое из нас вооружены. Однако на том 
берегу Рио-Гранде лежит оружие, которое мы вчера забрали у команчей.

— Вчера у вас тоже был бой?

— Да, вчера мы встретили пастуха и узнали от него подробности. Мы уничтожили 
его преследователей и решили отправиться вам на выручку.

— Вдвоем? Против стольких индейцев! — изумилась она.

Когда беглецы достигли берега Рио-Гранде, их преследователи уже окончательно 
отстали и потерялись из виду. Оружие убитых вчера команчей лежало там же, где 
его оставили, и теперь оно было распределено между теми, кто до сих пор 
оставался безоружным. Трое из спасенных также оказались вакерос. Четвертый же 
состоял на асиенде в должности мажордома, или дворецкого.

— Что будем делать? — спросил дворецкий. — Дождемся индейцев здесь, чтобы 
проучить их как следует? У нас теперь восемь ружей!

— Нет, сначала переправимся на тот берег — тогда река станет нашим 
оборонительным рубежом. Женщины займут место в лодке! — сказал Хельмерс.

Так и сделали. Дворецкий взял весло и повез дам на другой берег, а остальные 
переправлялись верхом на лошадях. Переправа завершилась успешно. После того, 
как пассажирки сошли на берег, лодку затопили и начали принимать необходимые 
меры по организации обороны. При этом Эмма Арбельес неизменно держалась рядом с 
немцем.

— Почему мы не едем дальше, сеньор? — спросила она Хельмерса.

— Здравый смысл не позволяет нам этого, — ответил он. — У нас на хвосте враг, 
который значительно превосходит нас числом.

— А наши восемь ружей! — смело возразила она.

— Против пятидесяти, которыми располагает враг. А ведь под нашей защитой 
находятся дамы!

— Но тогда мы окажемся здесь в осаде!

— Нет. Команчи ув