д власть Спарты. Клеомен вернул им их прежние законы и государственное 
устройство.

В 225 г. до Р.Х. Клеомен вторгся в саму Ахайю и разбил ахейцев под Гекатомбеей. 

Ахейцы были настолько удручены неудачами, что готовы были признать над собой 
главенство Спарты. К несчастью, Клеомен заболел и не смог прибыть на союзное 
собрание в Лерну. И тогда дело эллинского объединения погублено было Аратом. В 
самом деле, Арат не мог примириться с тем, что в деле, которому он посвятил всю 

свою жизнь, все лавры заберет себе молодой Клеомен. Поэтому он решился на шаг в 

высшей мере сомнительный и двусмысленный: чтобы смирить спартанцев, он решил 
пригласить на помощь македонцев, от власти которых он прежде освободил 
Пелопоннес. Он завязал переговоры с Антигоном III Досоном, и когда ахейцы снова 

сошлись на собрание, готовые, как уже говорилось, признать Клеомена главою 
нового союза, Арат стал требовать у Клеомена 300 заложников. Клеомен, 
оскорбленный недоверием, прервал переговоры и отправил к ахейцам вестника с 
объявлением войны. Короткое время спустя он захватил Пеллену, Фенест и Панте-
лий, а в следующем году овладел Аргосом. Случилось это во время Немейских игр, 
когда в Аргосе собралось множество народа. Лакедемоняне ночью подступили к 
городским стенам и захватили Аспиду - неприступную позицию на круче над самым 
театром. Ахейцы пришли в такой ужас, что никто не подумал о защите, - напротив, 

граждане беспрекословно приняли спартанский отряд, выдали 20 заложников и стали 

союзниками лакедемонян, предоставив верховное главенство Клеомену.

Эта удача немало прибавила к славе и силе Клеомена. Все дивились его проворству 

и глубокой проницательности, и те, кто прежде посмеивался над ним, теперь были 
твердо убеждены, что спартанцы ему одному обязаны переменою, которая с ними 
свершилась. Ведь до него они влачили жалкое существование и совершенно не 
способны были защитить себя.

Сразу после взятия Аргоса к Клеомену присоединились Клеоны и Флиун, а жители 
Коринфа едва не схватили Арата, чтобы выдать его лакедемонянам. Арату удалось 
бежать, а Клеомен в 223 г. до Р.Х. вступил в Коринф, заняв по пути Трезену, 
Эпидавр и Гермиону. Но в Акрокоринфе оставался ахейский гарнизон. Не надеясь 
более удержать эту важную крепость за собой, Арат убедил союзников впустить 
внутрь македонский караульный отряд.

Антигон III давно уже с беспокойством смотрел, как возрастает могущество 
лакедемонян, и не заставил себя долго ждать. С большим войском он явился в 
Греции. Клеомен хотел встретить македонцев на склоне Ония, где позиция не 
позволяла врагу использовать фалангу. Антигон оказался в очень затруднительном 
положении, но, к счастью, для него в тылу у Клео-мена восстали аргосцы 
(недовольные тем, что Клеомен не отменил долгов). Клеомен встревожился, так как 

враги, овладев Аргосом, могли отрезать ему путь назад, а сами беспрепятственно 
вторгнуться Лаконику, и увел свое войско от Коринфа. Антигон немедленно вступил 

в Коринф и поставил здесь караульный отряд.

Клеомен подступил к Аргосу и почти уже взял город, но, завидев войско Антигона, 

которое также спешило к городу, вынужден был очистить Арголиду. После того как 
македонцы вступили в Пелопоннес, большая часть союзников оставила лакедемонян.

К довершению несчастий, царю сообщили о смерти его супруги, которую он горячо и 

страстно любил. Тревожное положение дел не позволило Клеомену отдаться своей 
скорби. Антигон овладел Аркадией и готовился вторгнуться в пределы Лаконики. 
Клеомен объявил, что освободит всех илотов, которые внесут за себя пять мин 
выкупа. Таких набралось 6000 человек. На собранные таким образом 500 талантов 
Клеомен вооружил 2000 гоплитов и в 222 г. до Р.Х. внезапно напал на Мегалополь. 

Жители его бежали в Мессению. Клеомен предлагал гражданам вернуть их город 
обратно при условии, что они выйдут из ахейского союза. Но мегалопольцы в этот 
трудный момент сохранили верность ахейцам и ответили отказом. Когда об этом 
донесли Клеомену, он в ярости велел разрушить все, что возможно, и отступил 
обратно в Спарту. Зимой он напал на Арголиду и разорил ее, несмотря на то, что 
сам Антигон находился в Аргосе.

Но несмотря на все эти дерзкие предприятия, общий ход войны был неудачен для 
Клеомена. Лишившись всех союзников, он начал испытывать жестокую нужду в 
деньгах, так что едва уже способен был платить жалованье наемникам и давать 
содержание гражданам. В этих обстоятельствах он все надежды должен был 
возложить 
н