божественные истины. Если мы припомним, что сказано об этой группе Ангелов в 
Книге Еноха и в Библии, то аллегория станет ясной; водитель их, Нарада, хотя и 
отказывается размножаться, тем не менее, устремляет людей стать Богами. Кроме 
того, все они, как сказано в Ведах, являются Чхандаджа, «волею-рожденные», или 
воплощенные в различных Манвантарах по своей собственной воле. В экзотерической 
литературе они явлены, как существующие во всех веках; при чем некоторые 
«прокляты на новое рождение», другие воплощаются в силу долга. Наконец, в 
качестве Санакадика, семь Кумар, отправившиеся посетить Вишну на «Белом 
Острове» (Швета-Двипа), Острове, населенном Маха-Йогами – связаны с Шака-Двипа 
и с лемурийцами и атлантами Третьей и Четвертой Расы.
       В Эзотерической Философии все эти Рудры (Кумары, Адитья, Гандхарвы и 
Асуры и т. д.), являются высочайшими Дхиан-Коганами или Дэвами, что касается до 
разума. Они те, кто, овладев Путем саморазвития пятеричной природой – отсюда и 
сокровенность числа пять, – сделались независимыми от чистых Арупа Дэв. Это 
есть тайна, которую очень трудно усвоить и понять правильно. Ибо мы видим, что 
те, кто были «послушны закону», наравне с «восставшими» осуждены к воплощению в 
каждом веке. Риши Нарада проклят Брамою на постоянное странствование по Земле, 
то есть, на постоянные перевоплощения. Он восстал против Брамы и, тем не менее, 
судьба его не хуже судьбы Джая – Двенадцати великих Богов создателей, созданных 
Брамою, как помощники ему в функциях творения. Ибо последние, будучи погружены 
в созерцание, лишь забыли творить; и за это они также прокляты Брамою рождаться 
в каждой Манвантаре. И все же их называют – вместе с восставшими – Чхандаджа 
или те, кто рождены по своей воле в человеческой форме.
       Все это вызывает большое недоумение у тех, кто могут читать и понимать 
Пураны лишь в их мертвой букве1389. Потому мы встречаем 619] востоковедов, 
которые, не желая оставаться в недоумении, разрубают Гордиев узел загадок, 
объявляя всю схему «вымыслами .... порождениями воображения браминов и их любви 
к преувеличениям». Но для изучающего Оккультизм все это полно глубокого 
философского смысла. Мы охотно предоставляем шелуху западным санскритологам, но 
заявляем свои права на самый плод. Мы делаем больше; мы соглашаемся, что в 
одном смысле многое в этих, так называемых, «баснях», относится к 
астрономическим аллегориям о созвездиях, астеризмах, звездах и планетах. Тем не 
менее, если Гандхарвы в Риг-Веде могут олицетворять огонь Солнца, ибо 
Гандхарвы-Дэвы являются сущностями, как физического, так и психического 
характера, тогда как Апсараса (с прочими Рудрами) суть качества и количества. 
Одним словом, если Теогония Ведических Богов будет когда-либо разгадана, она 
откроет неизмеримые тайны Творения и Бытия. Правильно говорит Парашара:
       «Эти группы тридцати трех божеств.... существуют от века до века, и 
появление их и исчезновение аналогичны восходу и заходу Солнца»1390.
       Было время, когда восточный символ креста и круга, Свастика, был 
универсально принят. Для буддистов, китайцев и монголов эзотерически и 
экзотерически Свастика означает «десять тысяч истин». Эти истины, говорят они, 
принадлежат к тайнам Невидимой Вселенной и первозданной Космогонии и Теогонии.
       С того времени, как Фохат пересек Круг подобно двум линиям пламени 
[горизонтально и вертикально], Воинства Благословенных никогда не переставали 
посылать своих представителей на Планеты, которые от начала они должны охранять.

       Вот почему Свастика всегда полагается – так же как и Тау возлагался в 
Египте – на грудь умерших мистиков. Свастика встречается на месте сердца в 
изображениях и статуях Будды в Тибете и Монголии. Свастика есть печать, 
налагавшаяся также на сердца живущих Посвященных, при чем у некоторых она была 
навсегда запечатлена на теле огнем. Именно потому, что они должны хранить эти 
истины нерушимыми и неприкосновенными в вечном молчании и тайне «до дня, когда 
они будут познаны и прочтены их избранными преемниками» – новыми Посвященными, 
«достойными доверия и вручения им десяти тысяч совершенств». Однако, символ 
этот настолько унижен сейчас, что он часто украшает головные уборы «Богов», 
отвратительных идолов святотатственных последователей Бонпо – дугпа или 
колдунов в Тибетских пограничных землях – до тех пор, пока он не открыт 
каким-либо Гелугпа и не сорван вместе с головой «Бога», 620] хотя было бы лучше 
если бы, именно, голова подобного поклонника была отделена от его греховного 
тела. Все же свастика никогда не может утратить своих сокровенных свойств. 
Оглянемся назад и мы увидим, что она употреблялась, как Посвященными и 
Ясновидцами, так и жрецами Трои, ибо много изображений ее найдены были 
Шлиманном на месте этого древнего города. Она встречается у древних перувианцев,
 ассирийцев, халдеев, так же как и на стенах циклопических построек, старых как 
мир; в катакомбах Нового Мира и в катакомбах старого Мира (?), в Риме, где – 
вследствие того, что христиане скрывали себя и свою религию – она называется 
Crux Dissimulata.
       «По мнению де Росси, Свастика от самого раннего периода была любимой 
формой креста, употреблявшегося с оккультным значением, что доказывает, что 
тайна эта не принадлежала христианскому кресту. Один крест, в виде Свастики, в 
катакомбах стоит как знак на одной надписи, которая читается: «?????? ?????? [? 
??????] Vitalis Vitalia», или жизнь жизни»1391.
       Но лучшим свидетельством древности креста есть то, которое приводится 
самим автором «The Natural Genesis»:
       «Предполагается, что значение креста, как христианского символа, 
относится к эпохе, когда Иисус Христос был распят. И, тем не менее, в 
«христианской» иконографии катакомб, в течение первых шести или семи столетий, 
нигде не встречается фигуры человека на кресте. Имеются всевозможные формы 
креста, за исключением этой – которую считают исходной точкой новой религии.