Предвечное Божество, создавая небесные тела и живущих тварей, выявляет этих 
Крокодилов в своем пятом «творении». Когда Озирис, «Усопшее Солнце», похоронен 
и входит в Аменти, то священные Крокодилы погружаются в бездны предвечных Вод – 
в «Великое Зеленое». Когда Солнце Жизни восходит, они выплывают из священной 
реки. Все это в высшей степени символично и показывает, как первичные 
Эзотерические Истины находили свое выражение в тождественных символах. Но, как 
правильно заявляет Т. Субба Роу:
       «Покров, который был искусно наброшен древними философами на некоторые 
части тайн, связанных с этими [Зодиакальными] знаками, никогда не будет 
приподнят для забавы или наставления непосвященных широких масс»1382.
       Число пять было не менее священно и у греков. «Пять Слов» Брамы 
превратились у гностиков в «Пять Слов», написанных на Акашном (Блистающем) 
Одеянии Иисуса при его Преображении – слова «Zama Zama ?zza Rachama ?zai» (ZAMA 
ZAMA ?ZZA ?????? ?ZAI), переведенные востоковедами, как «одеяние, прекрасное 
одеяние моей силы». Эти слова, в свою очередь, были анаграмматическим 
«сокрытием» пяти мистических Сил, изображенных на одеянии «воскресшего» 
Посвященного, после его последнего трехдневного транса: пять становилось семью 
лишь после его «смерти», когда Адепт становился полным Christos, полным 
Кришна-Вишну, то есть, после погружения в Нирвану. Также Буква Е, священный 
Дельфийский символ, означало, опять-таки, число пять; и насколько оно было 
священно, ясно из того факта, что коринфяне, согласно Плутарху, заменили 
деревянную цифру в Дельфийском Храме бронзовой, а затем она была заменена 
Ливием Августом точной копией из золота1383.
       Легко признать в двух «Spiritus» – греческие знаки (,?), 614] о которых 
говорил Рагон –Атма и Буддхи, или Божественный Дух и его Носителя, Духовную 
Душу.
       Шесть или группа Шести будет рассмотрена позднее в этом Отделе, тогда 
как Семеричность будет полностью исследована в этом томе в Отделе «Тайны 
Семеричности».
       Огдоад или Восемь символизирует вечное и спиральное движение циклов 8, ? 
и, в свою очередь, оно символизировано Кадуцеем. Оно показывает правильное 
дыхание Космоса, возглавляемого Восемью Великими Богами – Семь от Извечной 
Матери, от Единого и Триады.
       Затем следует число 9 или же тройная Троичность. Это есть число, которое 
непрестанно воспроизводится во всех видах и аспектах при каждом помножении. Это 
есть знак каждой окружности, ибо величина его в градусах равна 9, т. е., 3+6+0. 
При некоторых условиях, это плохой знак и очень несчастливый. Если число шесть 
было символом нашей планеты, готовой для оживотворения божественным Духом, то 9 
было символом нашей Земли, оживленной дурным или Духом Зла.
       Десять или Декада приводит все эти единицы назад к единству и 
заканчивает таблицу Пифагора. Потому эта фигура  – единица в нуле – была 
символом Божества Вселенной и Человека. Таков тайный смысл «мощного захвата 
львиною лапою племени Иуды» («пожатие мастера-масона») между двумя руками, 
соединенные пальцы дают число десять.
       Если теперь мы обратим внимание на египетский крест или Тау, мы увидим, 
что эта буква, которая была так возвеличена египтянами, греками и евреями, 
таинственно связана с Декадою. Тау есть Альфа и Омега Тайной Божественной 
Мудрости, которая символизирована начальной и последней буквою Тот'а (Гермеса). 
Тот был изобретателем египетского алфавита и буква Тау замыкала алфавиты евреев 
и самаритян, называвших эту букву «концом» или «совершенством», «кульминацией» 
и «безопасностью». Отсюда Рагон утверждает, что слова Терминус, «конец» и 
Тектум, «крыша», являются символами убежища и безопасности – что является 
довольно прозаическим определением. Но такова обычная судьба идей и вещей в 
этом мире духовного падения, хотя, в то же время, и физического прогресса. Пан, 
одно время, был Абсолютною Природою, Единым и Великим Всем; но когда история 
уловила первый проблеск о нем, Пан уже был низведен до низшего бога полей, до 
местного Бога; история не желает признавать его, тогда как теология делает из 
него Дьявола! Тем не менее, его 615] семиголосая свирель, эмблема семи сил 
Природы, семи планет, семи музыкальных нот, короче говоря, всех семеричных 
гармоний, ясно устанавливает его первоначальный характер. То же самое и с 
крестом. Задолго до того времени, когда евреи разделили свой золотой храмовый 
подсвечник на три ответвления с одной стороны и на четыре с другой, и сделали 
из семи женское число, число зарождения1384 – внеся таким образом фаллический 
элемент в религию – народы, более духовного умозрения, сделали из креста (как 
3+4=7) свой самый священный, божественный символ. В действительности, круг, 
крест и семь, при чем последнее число было принято за основание измерения 
окружности – являются первыми изначальными символами. Пифагор, принесший свою 
мудрость из Индии, передал потомству проблеск этой истины. Школа его 
рассматривала число 7, как совокупность чисел 3 и 4, которые они объясняли 
двояким способом. На плане нуменального мира Треугольник, как первое понятие 
проявленного Божества, был его изображением – «Отец-Мать-Сын»; и Четверичность, 
совершенное число, было нуменальным идеальным Корнем всех чисел и вещей на 
физическом плане. Некоторые ученики, в виду священности Тетрактиса и 
Тетраграмматона, ошибаются в мистическом значении Четверичности. Последняя у 
древних была лишь второстепенным «совершенством», так сказать, ибо она 
относилась лишь к проявленным планам. Тогда как именно Треугольник, греческая 
Дельта (?), был «проводником неведомого Божества». Существенное доказательство 
этому заключается в имени Божества, начинающегося с Дельты. Жители Беотии 
писали Зевс ???? (Deus), отсюда и Deus латинян. Это относится к метафизическому 
представлению и что касается до значения семеричности в феноменальном мире; но