придать ей материалисты. Понятие о Силе еще не дает никакого представления о 
Материи и, ни в коем случае, не принуждает нас видеть в ней «начало всех 
начал»891.
       Нас уверяют, что современная наука не материалистична; и наше личное 
убеждение говорит нам, что она не может быть таковой, если ее знание истинно. 
Имеются основательные причины этому, хорошо определенные некоторыми физиками и 
химиками. Естественные науки не могут идти рука об руку с материализмом. Чтобы 
быть на высоте своего призвания, люди науки должны отбросить самую возможность 
того, что материалистические доктрины могут иметь что-либо общее с Атомической 
Теорией. И мы видим, что Ланге, Бутлеров, Дю-Буа Рэймон, – последний вероятно 
бессознательно – и некоторые другие, доказывают это. Кроме того, это 
доказывается тем фактом, что Канада в Индии и Левкипп, и Демокрит в Греции, 
после них Эпикур, – самые ранние атомисты в Европе – распространяя свою 
доктрину определенных пропорций, в то же время верили в Богов или Существа, 
недоступные нашим обычным чувствам. Таким образом, их представления о Материи 
отличались от ныне господствующих. Нам должно быть разрешено сделать наше 
утверждение более ясным путем приведения краткого обзора древних и современных 
565] взглядов философии на Атомы и, таким образом, доказать, что Атомическая 
Теория убивает материализм.
       С основной точки материализма, который сводит начало всего к Материи, 
Вселенная состоит в своей совокупности из Атомов и пустоты. Оставляя даже в 
стороне аксиому, которой учили древние, и ныне абсолютно доказанную телескопом 
и микроскопом, что Природа не терпит пустоты, что есть Атом? Профессор Бутлеров 
пишет:
       «Это есть, как нам отвечает наука, предельное деление Субстанции, 
неделимая частица Материи. Допущение делимости атома равняется допущению 
бесконечной делимости Субстанции, что равносильно сведению Субстанции к нулю 
или к ничему. Из одного чувства самосохранения, материализм не может допустить 
бесконечной делимости; иначе ему придется распрощаться навсегда со своим 
основным принципом и, таким образом, подписать свой собственный смертный 
приговор»892.
       Бюхнер, например, как истинный догматик материализма, заявляет, что:
       «Принятие бесконечной делимости есть нелепость и равносильно допущению 
сомнения в самом существовании Материи.»
       Итак, атом неделим, говорит материализм? Прекрасно! Бутлеров отвечает:
       «Посмотрим теперь, к какому любопытному противоречию приводит 
материалистов этот основной принцип. Атом неделим и, в то же время, мы знаем, 
что он упруг. Попытка лишить его упругости немыслима; это уже значило бы 
приближаться к абсурду. Абсолютно неупругие атомы никогда не могли бы 
произвести ни одного из тех многочисленных феноменов, которые приписываются их 
соотношениям. Без упругости атомы не могли бы проявить своей энергии, и 
Субстанция материалистов осталась бы лишенной всякой силы. Поэтому, если 
Вселенная состоит из атомов, эти атомы должны быть упруги. Здесь мы встречаем 
непреодолимое препятствие. Ибо, в чем заключаются условия, необходимые для 
проявления упругости? Упругий шар, ударяясь о препятствие, сплющивается и 
сокращается, что было бы невозможно, если бы шар не состоял из частиц, 
относительное положение которых во время удара временно изменилось. Это может 
быть сказано об упругости вообще: никакая упругость невозможна без изменения в 
положении составных частиц упругого тела. Это значит, что упругое тело 
подвержено переменам и состоит из частиц, или, другими словами, упругостью 
могут обладать только такие тела, которые делимы. И Атом именно упруг»893.
       Этого достаточно, чтобы показать, насколько нелепы одновременные 
допущения неделимости и упругости Атома. Атом упруг, следовательно, Атом делим 
и должен состоять из частиц или суб-атомов. А эти суб-атомы? Они или 566] 
неупруги и, в таком случае, они не имеют никакого динамического значения, или 
они тоже упруги и, в таком случае, они тоже делимы. Итак, ad infinitum. Но 
бесконечная делимость Атомов сводит материю к простым центрам Силы, т. е., 
исключает возможность представления материи, как объективной субстанции.
       Этот заколдованный круг является роковым для материализма. Материализм 
оказывается запутанным в своих же сетях, и никакой выход из этой дилеммы для 
него невозможен. Если материализм говорит, что Атом неделим, тогда механика 
поставит ему неудобный вопрос:
       «В таком случае, как движется Вселенная? и как соотносятся ее силы? Мир, 
построенный из абсолютно неупругих атомов, подобен машине без пара и обречен на 
вечную инерцию»894.
       Примите объяснения и учения Оккультизма, и слепая инерция физической 
науки заменится сознательными, деятельными Силами за пределами покрова Материи 
– движение и инерция станут подчиненными этим Силам. Вся наука Оккультизма 
построена на доктрине иллюзорной природы Материи и на бесконечной делимости 
Атома. Она открывает беспредельные горизонты для Субстанции, одушевленной 
божественным дыханием ее Души, во всевозможных состояниях разреженности, 
состояниях, еще не снившихся самым духовно-расположенным химикам и физикам.
       Вышеуказанные взгляды были высказаны величайшим русским химиком, 
признанным авторитетом даже в Европе, покойным профессором Бутлеровым. Правда, 
он защищал феномены спиритуалистов, так называемые материализации, в которые он 
верил, как и профессора Цельнер и Хэр, как А. Россель Уоллас, Крукс, и в 
которые верят до сих пор, открыто или втайне, многие другие члены Кор. Общ. Но 
его аргументы относительно Природы Сущности, действующей за физическими 
феноменами света, тепла, электричества и пр., не менее научны и авторитетны в 
силу этого, и прекрасно приложимы к настоящему случаю. Наука не имеет права