совершенной пустоте было охарактеризовано Бернульи, как «возмутительное»; и 
принцип (actio in distans) действия на расстоянии не встретил тогда более 
благосклонного внимания, нежели сейчас. С другой стороны, Эйлер думал, что 
действие тяготения было обязано какому-либо Духу или другой тончайшей среде. 
Тем не менее, Ньютон знал, если и не принимал Эфир древних. Он рассматривал 
промежуточное пространство между небесными телами, как пустоту. Потому он верил,
 как и мы, в «тончайший Дух» и Духов, руководящих так называемым притяжением. 
Вышеприведенные слова великого человека дали жалкие результаты. «Нелепость» 
сделалась ныне догмою в чистом материализме, который повторяет: «нет Материи 
без Силы, нет Силы без Материи; Материя и Сила нераздельны, вечны и нерушимы 
(верно); не может быть независимой Силы, ибо всякая сила есть врожденное и 
необходимое свойство Материи (неверно), следовательно не существует 
нематериальной Творческой Силы». О, бедный сэр Исаак!
       Если, оставив в стороне всех других выдающихся людей науки, которые 
согласны с мнением Эйлера и Лейбница, оккультисты будут утверждать, как 
авторитетами и своими сторонниками, лишь сэра Исаака Ньютона и Кювье, как 
приведено выше, то им не следует бояться современной науки, и они могут громко 
и гордо 534] высказывать свои убеждения. Тем не менее, нерешительность и 
сомнения вышеупомянутых авторитетов, также и многих других, которых мы могли бы 
назвать, нисколько не помешали научной спекуляции, так же как и раньше, 
блуждать наугад в области грубой материи.
       Сначала это была материя и невесомый флюид, отличный от нее. Затем 
появился невесомый флюид, подвергнутый Гровом такой критике; затем Эфир, 
который сначала был не сплошным, а затем стал сплошным; после этого явились 
«механические» Силы. Они сейчас вошли в жизнь, как «виды движения», и Эфир стал 
более, нежели когда-либо, таинственным и проблематичным. Многие ученые 
отвергают подобные грубые материалистические взгляды. Но ведь со времен Платона,
 неустанно указывавшего своим читателям не смешивать невещественные элементы с 
их Принципами – трансцендентальными или духовными Элементами; со времени 
великих алхимиков, подобно Парацельсу, делавших большое различие между 
феноменом и его причиною или же Нуменом, до эпохи дней Грова, который хотя и не 
видит «причины лишать всемирно разлитую материю функций, обычных всякой 
материи», тем не менее, употребляет термин Сил там, где критики его, «не 
придающие этому слову никакой идеи специфического действия», говорят – Сила; 
так с того времени до наших дней ничто не оказалось достаточно сильным, чтобы 
противостать приливу грубого материализма. Тяготение есть единственная причина, 
действующий Бог, и Материя его пророк, говорили ученые лишь несколько лет тому 
назад.
       С тех пор, они уже несколько раз изменили свои воззрения. Но понимают ли 
ученые сокровенную мысль Ньютона, одного из наиболее духовно-мыслящих и 
религиозных людей своего времени, сейчас лучше, нежели тогда? Это, конечно, 
подлежит сомнению. Утверждают, что, именно, Ньютон нанес смертельный удар 
элементальным вихрям Декарта (что, между прочим, есть лишь возрожденная идея 
Анаксагора), хотя самые последние, современные «вихревые атомы» сэра Уилльяма 
Томсона, по справедливости, немногим отличаются от первых. Тем не менее, когда 
его ученик Форбс написал в Предисловии к главному труду своего учителя фразу, 
заявляющую, что «притяжение есть причина системы», Ньютон первый торжественно 
протестовал. То, что в уме великого математика принимало неясный, но твердо 
укоренившийся образ Бога, как Нумена всего819, называлось древними и 
современными философами и 535] оккультистами более философски – «Богами» или 
творящими, образующими Силами. Способы выражения могли быть различны и идеи, 
более или менее, философски изложены столь же «священной, как и невежественной» 
Древностью, но основная мысль была одна и та же820. Для Пифагора Силы были 
Духовными Сущностями, Богами, независимыми от Планет и Материи, как мы видим и 
знаем их на Земле, и которые являются Правителями Звездных Небес. Платон 
представлял планеты движимыми внутренним Правителем (Ректором), единым со своею 
обителью, подобно «кормчему в своей ладье». Что касается Аристотеля, то он 
называл этих Правителей «нематериальными сущностями»821, хотя, подобно всем, 
кто никогда не был посвященным, он не признавал Богов Существами822. Но это не 
помешало ему признать факт, что планеты и звезды «не были неодушевленными 
массами, но, истинно, телами, действующими и живыми». Звездные Духи были, как 
бы «более божественные части своих феноменов» (?? ???????? ??? ???????823).
       Если мы начнем искать подтверждения в более современных и научных эпохах,
 мы увидим, что Тихо Браге признавал в звездах троичную силу – божественную, 
духовную и жизненную. Кеплер, соединив изречение Пифагора – «Солнце, хранитель 
Юпитера» и стихи Давида – «Он водрузил свой престол в Солнце» и «Господь есть 
Солнце» и пр., заявил, что он прекрасно понимает, как пифагорейцы могли верить, 
что все небесные тела, рассеянные в пространстве, были разумными Сознаниями 
(facultates ratiocinativae), вращающимися вокруг Солнца, «в котором пребывает 
чистый дух огня, источник всеобщей гармонии»824.
       Когда оккультист говорит о Фохате, об энергетическом и направляющем 
Разуме во всемирном, электрическом или жизненном флюиде, он осмеян. 536] Но как 
теперь доказано, ни природа электричества, ни жизни, ни даже света не понята 
еще и до сего дня. Оккультист видит в проявлении каждой Силы в Природе действие 
качества или особого свойства ее Нумена; Нумен, который сам является 
определенной и разумной Индивидуальностью по другую сторону проявленной, 
механической Вселенной. Так оккультист не отрицает, наоборот, он будет 
поддерживать взгляд, что свет, теплота, электричество и пр. являются аффекциями,
 но не свойствами или качествами материи. Яснее говоря: материя есть условие, 
необходимый базис или носитель, проводник, sine qua non для проявления этих Сил