МЧП в большинстве случаев признается самостоятельной правовой отраслью. Особой 
категорией, определяющей своеобразие, а значит, и самостоятельностьМЧП, помимо 
объекта регулирования, методов и принципов регулирования - известной триады, 
формирующей отрасль права как таковую, - являются коллизионные нормы. 
Коллизионная природа МЧП продолжает оставаться его существенной особенностью. 
Воздействие на регулируемый объект в МЧП обеспечивается с помощью двух методов 
- коллизионно-правового и материально-правового. Коллизионный метод 
регулирования - исторически первый в МЧП (см. Коллизионное право). 
Материально-правовой метод в современном МЧП большинством автором связывается 
прежде всего с унификацией национально-правовых норм. регулирующих отношения 
гражданско-правового характера, которые лежат в сфере международного оборота, 
посредством международно-правового договора. Процессы унификации на 
многосторонней основе начинают активизироваться в МЧП в основном с конца XIX в.,
 вследствие чего в его нормативном составе укореняется еще одна разновидность 
материально-правовых норм - единообразные нормы, созданные международными 
договорами, сфера которой существенно расширяется за счет вовлечения в нее все 
новых видов международного экономического сотрудничества (лизинга. факторинга, 
вексельных отношений, торгового посредничества, отношений по перевозке и т.д.).
Вместе с тем некоторые ученые рассматривали и возможность регулирования 
общественных отношений этого вида с помощью национальных материально-правовых 
норм. т.е. норм "прямого действия" (И.С. Перетерский, М.М. Богуславский. М.Н. 
Кузнецов, О.Н. Садиков. Н.И. Марышева. Л.А. Лунц). Однако квалификация их в 
качестве норм МЧП не соответствует коллизионной природе МЧП, поскольку 
материально-правовые нормы национального права. хотя и рассчитаны на 
регламентацию общественных отношений, составляющих объект регулирования, 
специфичный
именно для МЧП, тем не менее сами не входят в нормативный состав МЧП (более 
ранние, основные труды Л.А. Лунца, Г.К. Матвеева, А.Б. Левитина. Г.К. 
Дмитриевой и др.). Таким образом, вопрос о нормативном составе МЧП представляет 
собой достаточно сложную проблему. В то же время нельзя не отметить, что для 
отнесения к МЧП национальных норм, специально существующих во внутреннем 
правопорядке для регулирования особых отношений, лежащих вне сферы юрисдикции 
одного государства. т.е. отношений МЧП. объект регулирования может служить 
самодостаточным критерием - в противном случае у такого рода норм не 
оказывается собственной отраслевой "обители".
МЧП как система норм характеризуется определенным своеобразием источников права,
 регулирующих подпадающие под его действие общественные отношения. Традиционным 
для отечественной науки выступало положение о двойственности источников МЧП. 
что выражалось в их делении на международные и национальные (Мартене, Макаров, 
Ко-рецкий, Перетерский, Лунц, Богуславский, Мюллерсон, Кузнецов и др.). 
Кмеж-дународным принято относить договоры и обычаи, к национальным - 
внутригосударственный (национальный) закон (включая и подзаконные акты), а 
применительно к практике ряда-соответствующих государств - судебное решение 
(прецедент).
Международно-правовой договор- основная форма унификации национально-правовых 
норм различных государств (материально-правовых, или коллизионных). 
Следовательно, принадлежность договора к источникам МЧП выступает краеугольным 
камнем в учении о нормативном составе МЧП. Однако при этом необходимо уточнить, 
что международный договор регулирует затрагиваемые МЧП отношения не прямо, а 
опосредствованно. благодаря механизмам трансформации содержащихся в нем 
положений в нормы внутригосударственного права. Так. положение п. 4 ст. 15 
Конституции РФ о том, что общепризнанные принципы и нормы международного права, 
а также международные договоры РФ являются частью правовой системы РФ, 
выступает "генеральной" трансформационной нормой, которая обеспечивает 
соблюдение правил, содержащихся в договоре, всеми соответствующими субъектами 
национального права, в том числе и в сфере, относящейся к МЧП. Сходные 
положения содержатся в конституциях других государств (Великобритании. Германии,
 США, Франции, Нигерии и т.д.).
Собственно говоря, принципиальной и основной юридической обязанностью любого 
государства-участника по всякому международно-правовому соглашению является 
обеспечение всеми доступными государству средствами того, чтобы соблюдались 
положения заключенного договора. В реальности исполнение государством своих 
международно-правовых обязательств осуществляется именно в национально-правовой 
сфере за счет материальной (в противовес формальной) трансформации, т.е. путем 
создания каких-либо специальных органов либо их упразднения, издания или отмены 
соответствующих актов, приведения в соответствие с содержанием и. целями 
договора внутреннего правопорядка в целом и т.д. Перечень и характер таких 
средств имплементации (осуществления) международным правом не определяется, 
поскольку это - область исключительно внутригосударственная. Таким образом, 
государство как бы дважды "пропускает" международный договор через свою волю: 
первый раз. когда оно в той или иной форме соглашается на юридическую 
обязательность для себя данного договора (путем подписания, ратификации, 
присоединения и т.д.). а во второй - посредством трансформации положений 
международного договора в национальное право. Однако международный договор не 
утрачивает своих качеств источника МЧП, поскольку в том, что касается его 
содержания, юридической обязательности его норм, они уже получили 
соответствующее волеизъявление рассматриваемого суверена. Непреложным также 
остается и другой постулат науки международного права, касающийся правовой 
природы таких обязательств, - международный договор обязывает только 
государства, а не физических или юридических лиц, несмотря на то что в ряде