при журнале <Аполлон> (1909-17). В 1911 из-
дал книгу стихов, в которой явно влияние сим-
волизма и акмеизма. Тогда же Н.Гумилев в
<Рецензиях на поэтические сборники> охарак-
теризовал ее как изящный, построенный <на
плавной смене отточенных и полнозвучных
строф> сборник, но с зауженным горизонтом,
с отказом от острых переживаний и волную-
щих образов, как будто автор <боится при-
знать себя поэтом...>. М. высоко оценил кри-
тику Гумилева - в отличие от скупой, по его
мнению, на конкретные указания критики
В.Брюсова. Бросив университет, М. поступил
в 4-й Гвардейский полк в Царском Селе и стал
офицером. В 1913 вернулся в университет,
изучал классическую филологию на историко-
филологическом факультете: в мае 1914 сдал
экзамены по античной литературе. Летом 1914
мобилизован, послан на Западный фронт, в
1916 ранен, после выздоровления вернулся в
свой полк в Царском Селе. Вскоре за либе-
ральные взгляды переведен на Кавказ. В
1918 демобилизовался, вернулся в Гиёвку,
осенью получил диплом в Харьковском уни-
верситете. В 1919-20 офицер армии Деники-
на, по некоторым данным, начальник штаба
дивизии.

Летом 1920 эмигрировал в Афины, присо-
единившись к своей семье. В октябре 1922
(при содействии русиста, переводчика Мориса
Бэринга) приехал в Англию, где до 1932 пре-
подавал в Лондонском университете - читал
курс русской литературы в Королевском кол-
ледже и Школе славистических исследований.
Г.Козловская, учившаяся в Лондоне, вспомина-
ла: <Мне посчастливилось прослушать несколь-
ко его лекций о Толстом и Достоевском, ко-
торые он читал на английском для студентов
Лондонского университета... Это было такое
проникновение, озаряющее до самого дна
творческую суть и характер двух русских ге-
ниев, что это не имело ничего общего с лите-
ратуроведческими разборами других. Он сам,
его речь, потрясающая по своей стилистике,
каждая мысль, все это творилось у вас на гла-
зах как ослепительное создание искусства.
Зал, где он читал, всегда был набит до отказа,
студенты всех факультетов бросали все, чтобы
протиснуться, прилепиться на подоконниках и
при распахнутых дверях стояли, не шелохнув-
шись, на площадке и на лестнице... Когда он
кончал, молодежь обступала его тесным вос-
торженным кольцом и, не отпуская, аплодиро-
вала безудержно и самозабвенно>.

Получил признание в лондонских литера-
турных   кругах,   печатался   в   журнале
, издававшемся Т.С.Элиотом, в уни-
верситетских славистических журналах, опуб-
ликовал на английском языке книги <Совре-
менная русская литература   1881-1925>
(1926) и <История русской литературы с са-
мых ранних времен до Достоевского> (1927),
до сих пор переиздающиеся и переведенные на
др. языки, несколько антологий русской поэ-
зии. Считал самым значительным направлением
в 1900-10 символизм, называя этот период
<золотым веком эстетики и экономики>. С сим-
волизмом связывал все живое и талантливое в
русской литературе, прослеживая истоки про-
зы 191 7-24 в творчестве А.Ремазова, А.Белого,
Я.Замятина: влияние М.Горького закончилось,
по его мнению, к 1910.

Важную роль в формировании литератур-
но-критических взглядов М. сыграли поэзия и
критика Т.С.Элиота, которого М. называл ве-
личайшим поэтом послевоенной Европы. Элиот
подвел его к пониманию <трудной> поэзии мо-