в смысле инстинкта и не в смысле рационали-
стического <осознания> состояния своего тела
и своей души, а в смысле верного восприятия
своей личностной самосути, в ее предстоянии
Богу и в ее достоинстве. Человек, не осознав-
ший своего предстояния и своего достоинства,
не нашел своего духа. Ввиду этого можно было
бы сказать, что есть живое чувство ответствен-
ности. Нашедший его в себе и утвердившийся в
нем - ведет духовную жизнь, Человек, испы-
тавший свое предстояние Богу, свое достоинст-
во и свою ответственность, несет в себе жи-
вую волю к Совершенству. Поэтому дух мож-
но было бы определить как волю к Совершен-
ству - а также к совершенствованию - в са-
мом себе, в своих деяниях и во внешнем мире.
Эта воля предполагает способность узнавать
лучшее, отличать худшее и дурное, видеть Со-
вершенное и принимать его. Поэтому дух есть
дар очевидности. Верное отношение к Совер-
шенству есть отношение любви и служения.
Поэтому дух можно было бы описать, как спо-
собность к бескорыстной любви и к самоотвер-
женному служению. Все эти дары дают челове-
ку способность верно управлять собою и верно
строить свою жизнь. Поэтому дух есть сила
личного самоуправления и первым проявлени-
ем ее является духовный характер человека.
Вот почему правы те, которые связывают дух с
идеей свободы, Дух есть дар свободы, данный
человеку в зачатке от самой природы; в то же
время он есть живая сила самоосвобождения и
в заключительной стадии (вероятно - посмер-
тной) - полнота личной свободы. После всего
этого будет понятно, если мы определим дух,
как потребность священного и как радость вер-
ного ранга: если мы опишем его как дар молит-
вы, как силу поющего сердца: и как жилище
совести; если мы обозначим его как местополо-
жение художественного искусства; как источ-
ник правосознания, истинного патриотизма и
национализма, как главную основу здоровой
государственности и великой культуры... В дей-
ствительности дух есть - все это сразу. Но
это надо непременно испытать и увидеть само-
му: необходимо духовно прозреть>. Из этого
описания духа видно, что перед философским
духовным опытом открываются широкие перс-
пективы, Философ свободно и автономно берет
на себя разрешение вопросов: что есть истина
(теория познания и онтология), что такое добро
и зло (нравственная философия), в чем особен-
ность красоты и творчества (эстетика и фило-
софия художества), в чем смысл справедливо-
сти (философия права и учение о правосозна-
нии), необходимость и счастье труда (филосо-
фия хозяйства), какова подлинная культура (ос-
новы христианской культуры), важность акси-
ом религиозного опыта (философия религии) и,
наконец, что есть высший духовный Предмет
(метафизика, выросшая из подлинного религи-
озного опыта).

Такой всеохватывающей философией явля-
ется философия И. и все его наследие: оно -
указание на то родовое гнездо, в котором мож-
но искать и найти подлинный философский
опыт. Его достоянием является только то, что
верно перед лицом Божиим, его критерием ис-
тинности и меры веры есть смерть: <Жить сто-
ит только тем, за что стоит бороться и уме-
реть>, Серьезность и глубина философии И.
связана с ее волевым и рыцарским началом, от-
сюда и постоянное обращение к теме смерти,
пронизывающее и его жизнь, и его произведе-
ния, что опровергает ходячее представление о
<русской мечтательности, о женственной по-
датливости русской души>.

Соч.: Философия Гегеля как учение о конкретно-