бедные крестьяне имели лампады; обычно их зажигали на короткое время, а под 
большие праздники - на всю ночь.
   Перед образами в доме молились. Иконами в доме благословляли при важных 
жизненных обстоятельствах. Т. А. Листова, специально исследовавшая православные 

традиции русской народной свадьбы, пишет: "По общерусской традиции для 
окончательного договора о свадьбе стороны собирались в доме у невесты. Названия 

этой встречи ("заручины", "рукобитье", "запойны", "образованье") отражали ее 
содержание. Обрядовая часть начиналась с того, что хозяева зажигали перед 
иконами свечи или лампадку. Кроме обязательного рукобитья, имевшего массу 
вариантов исполнения, и завершающей вечер совместной трапезы, согласие сторон 
всегда закреплялось совместной молитвой и целованием иконы, после чего 
следовало 
обычно благословение жениха и невесты их родителями иконой. С этого момента 
расстройство свадьбы было почти невозможно, а родители жениха и невесты иногда 
начинали называть себя сватами".
   "Непременным ритуалом русской свадьбы" было также благословение жениха и 
невесты иконой родителями и крестными; сначала - порознь (каждого в своем доме),
 
а потом обоих вместе - при отправлении к венцу. Невесту благословляли обычно 
образом Богоматери, а жениха - образом Спасителя, иногда - Николая Угодника. 
Обрядом благословения иконой очень дорожили.
   Умирающий, прощаясь с близкими, благословлял детей иконою. Образом 
благословляли при отправлении в дальний путь, при уходе в солдаты, в монастырь, 

на учебу. Икону в доме снимали с божницы также для совершения обряда 
побратимства и для того, чтобы поклясться на ней в особо важном вопросе, когда 
требовалось надежное свидетельство. Но без самой крайней надобности старались к 

этому не прибегать.
   Повседневные домашние молитвы были естественным, обычным делом русских 
крестьян - об этом свидетельствуют многочисленные источники - сообщения из 
разных мест. Утром сначала моются, потом - молятся; поминают их и вечером, 
отходя ко сну; кроме того, молятся перед едой и после еды; перед началом 
всякого 
дела крестятся и говорят - "Благослови, Господи, помоги мне, Господи", а после 
окончания - "Благодарю Тя, Господи". Так сообщалось в к. XIX в. о ежедневных 
молитвах крестьян одной из волостей Боровичского у. Новгородской губ.
   Та же картина, только более лаконично обрисованная, в Череповецком у.: дома 
молятся утром, когда встают; каждый раз, садясь за стол; вечером, когда ложатся 

спать. И в Белозерском у.: в каждой семье и всеми членами ее совершается 
молитва 
перед иконами утром, вечером, до и после обеда; молится каждый отдельно. Сходны 

краткие костромское и калужское (Тарусский у.) известия: молятся каждое утро и 
вечер. А корреспондент из Лихвинского у. Калужской губ. (с. Берёзово) 
подчеркнул: домашние молитвы утром и вечером, а также перед едою считаются 
обязательными. Всеобщий и обязательный характер личных домашних молитв - утром, 

перед обедом, перед ужином и перед сном - выступает из Смоленского 
(Дорогобужский у.) и других сообщений.
   В ответе из Тульской губ. отмечены земные поклоны, которыми сопровождают 
обычно утренние молитвы в переднем углу перед образами. Относительно "наиболее 
религиозных стариков и старух" Пошехонского у. подчеркнут отсчет совершаемых 
поклонов по лестовкам и четкам. Лестовка - ремень со множеством повязанных на 
нем мелких ремешков или узелков разной величины. Одни узелки соответствовали 
поясным поклонам, другие - земным. Четки, подвижные шарики которых заменяли 
ремешки и узелки лестовок, делались из дерева, кости или кожи.
   Иные корреспонденты, отвечавшие на программы научных обществ, 
останавливались 
подробнее на особенностях молитв отдельных членов семей и на сезонных отличиях 
домашних молений крестьян. Из Владимирской губ. (с. Семеновское) диакон писал в 

Тенишевское этнографическое бюро: зимой первою в доме встает стряпуха, не 
торопясь умоется, истово помолится; в утренней тишине Слышится, как она молит 
Господа за живых и умерших родственников. Затем она начинает хозяйничать у 
печки, а тем временем понемногу поднимаются хозяин и все семейные (кроме 
малолетних, которых никто не будит). "Не спеша, не так, как летом, умываются, 
молятся Богу и отправляются убирать скотину".
   Учительница М. Михеева из деревни Талызина (Тальцинская вол. Орловского у. 
одноименной губернии) писала: "Летом крестьяне молятся только вечером по 
окончании всех дел и то очень мало". Летом некоторые выходят для молитвы из 
избы 
и обращаются в ту сторону, где стоит храм, или на восток. Старухи большей 
частью 
молятся между хозяйственными делами, потом заканчивают в избе. "Многие старухи 
еще поднимаются в полночь Богу молиться"; считают, что такая молитва особенно 
угодна Господу и имеет особую силу прогонять нечисть. Под большие праздники и