летом молились почти до самой зари.
   "Зимою же совсем другой порядок: бабы как только встают рано утром, прежде 
всего спешат помолиться Богу и положить несколько поклонов". При этом стараются 

молиться так, чтобы их никто не видел. Старики зимою во дворе не молятся, а 
выжидают, когда дети заснут и в избе наступит тишина. Сами объясняют это тем, 
что так делали Святые Угодники. Детей заставляли молиться утром и вечером 
каждый 
день. "В самые лютые морозы старики молятся на печи, стоя на коленях; дети тоже 

с ними".
   Относительно чтения молитв вслух сведения расходятся. По-видимому, эта 
особенность не была всеобщей. Так, наблюдатель из Дорогобужского у. замечал, 
что 
вслух читают все молитвы, какие знают, только в праздник, когда молятся все 
вместе, если не смогли пойти в церковь. Такие общие всей семьей молитвы были 
существеннейшей чертой русского православного дома, как Малой Церкви. Молитвы 
читал обычно домохозяин, стоя перед иконами, а остальные члены семьи повторяли 
их шепотом, стоя на коленях. Никто не смел встать с колен или тем более выйти 
из 
избы, хотя это могло продолжаться более часа.
   Общее чтение молитв по большим праздникам, вынужденно заменявшее выход в 
церковь, происходило и летом, и зимой. Могло оно быть и накануне праздника и 
сочетаться с чтением вслух Евангелия. На Орловщине хозяин "под праздник, прежде 

вымывшись сядет за стол, прочитает Евангелие вслух, а после ужина помолится 
усердно Богу, предварительно зажгут лампадку и свечи перед каждой иконой. В это 

время и бабы становятся на колени и детям приказывают молиться усерднее".
   "Если крестьянин, по отдаленности своего места жительства", - писал Т. 
Успенский в 1859 о Шадринском у. Пермской губ., - "в праздник не может быть в 
церкви, то он непременно в часы богослужения молится дома, зажегши свечу пред 
иконами". В Петропавловском у. Тобольской губ. (1848), где иные деревни 
находились в 25 - 30, а то и 40 верстах от церкви, многие в праздничный день 
утром молились дома с полчаса или час при зажженной свече.
   Вся семья молилась вместе в своем доме также по особым случаям. К таковым 
относилось прощанье перед отъездом в дальнюю дорогу. Если отъезжали отец или 
мать, то после общей молитвы они благословляли детей - крестили каждого по три 
раза. Общая молитва в избе предшествовала также выездам в поле для пахоты и 
сева. "Весною, когда намерены начать в поле пахать или сеять, крестьяне, 
готовясь к отъезду, собираются в избу, становят на стол хлеб, соль и 
похрестники 
(кресты из теста, сбереженные с крестопоклонного дня), а зажиточные вместо 
последних иногда просвиры (испеченные на Благовещенский день), и тут молятся 
Богу, кладя земные поклоны; потом, взявши с собою со стола хлеб, соль и кресты 
или просвиры, отправляются в поле" (с. Нижне-Покровское Бирюченского у. 
Воронежской губ.). Подобные описания, с небольшими отличиями, сохранились и по 
другим территориям.
   Общими были молитвы перед торжественными - праздничными и поминальными - 
трапезами, а также после них. В этих молитвах участвовали все присутствовавшие. 

Местами на поминках было принято молиться перед каждым кушаньем и желать 
покойнику Царства Небесного.
   Во время близкой грозы, града, ураганного ветра вся семья становилась перед 
иконами на общую домашнюю молитву. Подростков заставляли молиться, если они 
сами 
не проявляли к этому интереса. При этом зажигали те свечи, с которыми стояли в 
церкви в Великий Пяток, Великую Субботу или на Пасху (это считалось лучшим 
средством от пожара, вызываемого молнией).
   Рождение и крещение ребенка, сговор и свадьба, тяжкая болезнь, предсмертное 
состояние и смерть - все это давало основания для совместного обращения к Богу. 

Религиозное сознание подсказывало необходимость общесемейных духовных усилий, 
когда над всем домом или над отдельным членом семьи нависала какая-либо 
опасность.
   Отношение к жилому дому, как к Малой Церкви, особенно четко выступает в 
произнесении молитвы и осенений себя крестным знамением при входе в дом - свой 
и 
чужой. Об этом встречаем многочисленные упоминания.
   Молитвенному настроению в доме способствовало хранение и чтение Евангелия и 
некоторой другой духовной литературы. В Череповецком, например, уезде, по 
мнению 
информатора Васильева, из книг больше всего были распространены (1899) Псалтирь,
 
Евангелие, Жития Святых, Святцы (церковные календари) и молитвенники 
(молитвословы). В некоторых домах можно было увидеть и Библию. Все эти книги 
"перечитываются по нескольку раз"; их берегут и редко дают кому-либо читать вне 

дома. Из Галичского у. Костромской губ. также сообщали, что в избах много Житий