Но все же этот бескомпромиссный враг интриг и козней жрецов, монашеских 
орденов и духовенства всех религий и стран — включая и брахманов, лам и 
факиров — настолько поражен и контрастом между фактами, предъявленными культами 
Индии, и пустым притворством католицизма, что после описания ужасных 
самоистязаний факиров, в порыве искреннего возмущения, он дает выход своим 
чувствам следующим образом: 
      “Тем не менее, что-то великое ощущается в этих факирах и нищенствующих 
брахманах, когда они бичуют себя, когда в течение добровольно принятого 
мученичества кусок за куском вырывается плоть, и кровь льется на землю. Но вы 
(католические нищенствующие монахи), что вы сегодня делаете? Вы, серые монахи, 
капуцины, францисканцы, играющие в факиров с вашими узловатыми веревками, 
вашими кремнями, власяницами и вашим припахивающим розовой водой самобичеванием,
 вашими босыми ногами и вашим комическим умерщвлением плоти — фанатики без веры,
 мученики без мук? Разве не имеет человек права задать вам вопрос, в том ли 
заключается подчинение закону Божьему, что вы запираетесь за толстыми стенами и 
таким образом уклоняетесь от закона труда, который с такою тяжестью ложится на 
всех других людей?.. Прочь, вы только попрошайки!” 
     Хватит о них — мы уже и так уделили слишком много места им и их 
конгломератному богословию. Мы взвесили и то и другое на весах истории, логики, 
истины, и нашли их несостоятельными. Их система порождает атеизм, нигилизм, 
отчаяние и преступление; их священнослужители и проповедники не в состоянии 
доказать делами, что они восприняли божественную силу. Если бы только и церковь 
и священник могли исчезнуть из поля зрения мира с такой же легкостью, с какой 
их имена сейчас исчезают с глаз нашего читатели, это был бы счастливый день для 
человечества. Нью-Йорк и Лондон тогда могли бы стать такими же нравственными, 
как незанятый христианами языческий город; Париж стал бы чище древнего Содома. 
Когда и католик и протестант убедятся, настолько же полно как буддист или 
брахман, что каждое их преступление будет наказано и каждое доброе деяние 
вознаграждено, — они, быть может, начнут тратить на своего собственного 
язычника то, что теперь уходит, чтобы обеспечить миссионеров длительными 
пикниками и сделать название христианин ненавистными и презираемым со стороны 
каждого народа вне пределов христианского мира. 
     
     По мере надобности мы подкрепляем наши аргументы описаниями нескольких из 
бесчисленных феноменов, увиденных нами в различных уголках света. Оставшееся в 
нашем распоряжении место будет посвящено подобным же темам. Заложив основание 
освещением философии оккультных феноменов, нам кажется удобным 
проиллюстрировать эту тему фактами, которые возникали перед нашими глазами и 
которые могут быть проверены любым путешественником. Первобытные народы исчезли,
 но первобытная мудрость живет и становится доступной тем, кто “жаждет”, 
“дерзает” и “умеет молчать”. 
     

ГЛАВА XII
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
      
       
   “Моя прекрасная Дайту, обширная и величавая столица; 
  И ты, Шангту-Кейбун, прелестный и прохладный летний дом. 
  ..............................................................................
....................... 
  Увы, мое прославленное имя Владыки Мира! 
  Увы, пресветлую Дайту, бессмертного Кублая славный труд! 
  Все, все утратил я!” 
       — Марко Поло, “Книга”.
      “Что касается того, что ты слышал от других, которые убеждают массы, что 
душа, раз освобождена от тела, не страдает... от зла и бессознательна, я знаю, 
что ты слишком хорошо сведущ в учениях, полученных нами от наших предков, и в 
священных таинствах Диониса, чтобы поверить им, ибо мистические символы хорошо 
знакомы нам, принадлежащим к “братству””. 
       — Плутарх.
      “Проблема жизни — человек. МАГИЯ или, вернее, мудрость есть развитое 
знание сил внутреннего существа человека, — эти силы являются божественными 
эманациями, — так как интуиция есть восприятие их начала, и посвящение — наше 
введение в это знание... Мы начинаем с инстинкта, кончаем — ВСЕЗНАНИЕМ”. 
       — А. Уайлдер.
      “Власть принадлежит тому, КТО ЗНАЕТ”. 
       — “Брахманистская книга вызываний”.
     
     Было бы доказательством плохого предвидения с нашей стороны, если бы мы 
предполагали, что до сих пор по всей этой книге за нами следовал еще кто-нибудь,
 за исключением метафизиков или мистиков определенного рода. В противном случае,
 мы определенно посоветовали бы таковым не утруждать себя чтением этой главы, 
ибо, хотя в ней и не сказано ничего, что не соответствовало бы строгой истине, 
они не преминут посчитать даже наименее чудесное из повествований абсолютно 
ложным, какими бы доказательствами оно ни подкреплялось. 
     Чтобы понять принципы естественных законов, причастных к некоторым 
нижеописанным феноменам, читатель должен держать в уме основные положения 
восточной философии, которые мы последовательно раскрывали. Давайте очень 
кратко повторим: