может определяться дисфункцией рассмотренных подкорковых структур) необходимо и 
нарушение деятельности корковых нейрональных систем. 
При этом, можно предположить, что такие дизонтогенетически обусловленные 
патофизиологические сдвиги на корковом уровне регуляции поведения могут 
формироваться в основном у мужчин, а не у женщин, что могло бы объяснить 
встречаемость расстройств сексуального влечения преимущественно у лиц мужского 
пола. Это, вероятно, связано с тем, что, как обсуждалось нами ранее, у мужчин 
дизонтогенетически уязвимы прежде всего "мотивационные" лобные 
лимбико-кортикальные системы регуляции поведения, в то время как у женщин 
уязвимы для дизонтогенетических факторов прежде всего лимбико-кортикальные 
системы, ответственные за анализ и оценку эмоционально-ассоциированных 
сенсорных стимулов (что, видимо, и обусловливает существенно более частую 
встречаемость у женщин аффективных расстройств). Кроме этого, как следует из 
анализа литературных данных, у мужчин и женщин, вследствие связанных с полом 
различий в нейроэндокринной регуляции, одни и те же дизонтогенетические факторы 
могут приводить к существенно различающимся (и даже противоположным) изменениям 
в паттернах полушарных отношений.
Механизмы формирования нейрофизиологических сдвигов в корковых структурах у 
мужчин могут быть представлены следующим образом. Определенные варианты 
органического поражения головного мозга на ранних стадиях онтогенеза способны 
приводить к задержке соматосексуального развития индивидуума. В свою очередь, 
задержка соматосексуального развития, во-первых, может вызывать снижение 
количества синапсов в коре головного мозга вследствие более продолжительной их 
элиминации в процессе полового созревания и соответствующее изменение 
корково-подкорковых взаимоотношений с повышением когерентности ЭЭГ. И, 
во-вторых, задержка пубертата у мужчин способна приводить к замедлению роста 
левого полушария и компенсаторно большему развитию и относительной 
гиперактивации структур правого полушария со сравнительно большей 
десинхронизацией ЭЭГ в правом полушарии. Причем общий дизонтогенетический базис 
может обуславливать у мужчин с задержкой пубертата сочетание описанного 
нейрофизиологического паттерна с феминизацией психических и соматических 
характеристик. 
Результаты наших исследований не только укладываются в данную общую 
концептуальную схему, но и позволяют применить и конкретизировать эти положения 
в отношении мужчин с расстройствами сексуального влечения. Так, нарушение 
корково-подкорковых отношений и соответствующее повышение межполушарной 
когерентности ЭЭГ у лиц с парафилиями характерно прежде всего для задневисочных 
областей головного мозга. Изменение же полушарных отношений у мужчин с 
расстройствами сексуального влечения происходит как за счет повышения 
активационных влияний в лобно-центральных областях правого полушария (у 
садистов), так и за счет относительного снижения активации в этих регионах в 
левом полушарии (у лиц с педофилией или эксгибиционизмом). Наиболее 
существенные сдвиги в корково-подкорковых и полушарных отношениях отмечаются у 
тех мужчин с парафилиями, у которых имеются выраженные дизонтогенетические 
нарушения, проявляющиеся, в частности, расстройствами половой идентичности. 
Анализ собственных и литературных данных позволяет предположить, что выявленные 
нами изменения в корковых полушарных системах могут определять некоторые 
особенности "базисных" (биологически обусловленных) черт личности и 
характеристик протекания мотивационных, эмоциональных и когнитивных процессов. 
Уменьшение относительной автономности деятельности корковых нейрональных систем 
разных полушарий в височной области, возможно, создает патофизиологический 
базис для снижения пластичности нейропсихических процессов у лиц с парафилиями. 
Сочетаемая с этим дисфункциональная гиперактивация правого полушария (и/или 
гипоактивация левого) может обусловливать определенные устойчивые сдвиги в 
когнитивной, эмоциональной и мотивационной сферах психики. 
Так, у лиц с парафилиями в когнитивной сфере может формироваться 
предрасположенность к созданию стереотипных "аномальных" схем сексуального 
поведения; в эмоциональной сфере - повышенная и гипопластичная 
эмоционально-отрицательная реактивность; в мотивационной сфере - устойчивое 
снижение мотивации к достижению позитивных социально одобряемых целей и/или 
повышение стремления к избавлению от неприятных и фрустрирующих индивидуума 
стимулов и ситуаций. 
Как вытекает из полученных нами результатов, описанные патофизиологические 
сдвиги на корковом уровне имеют особенно важное значение в патогенезе 
агрессивного садистического поведения. Эти изменения способствуют, как 
предполагается, формированию, устойчивому доминированию и реализации в 
поведении таких индивидуумов ряда аномальных (асоциальных) потребностей. В 
частности, потребности избавиться от чувства сексуальной неудовлетворенности и 
социальной ущербности путем совершения стереотипных насильственных агрессивных 
действий. 
В целом, можно констатировать, что церебральным фактором предиспозиции к 
формированию аномального сексуального поведения, по всей видимости, является 
дизонтогенетически обусловленный комплекс определенных патофизиологических 
сдвигов как на подкорковых, так и на корковых уровнях регуляции поведения. 
Особенности, взаимосвязь и соотношение таких дисфункциональных нарушений 
различны при разных формах расстройств сексуального влечения и у разных 
индивидуумов и определяются как структурно-функциональными характеристиками 
раннего резидуального поражения головного мозга, так и конкретными условиями 
онтогенеза.
Аномальное сексуальное поведение (Под ред. А. А. Ткаченко, М., 1997)