уходил из  монастыря,  он
сложил такое стихотворение:
   Шляпу ученого не захотел надеть в молодые годы.
   Всей душою к священным запретам обратился уже тогда.
   В убогой келье ночует один, мерзнет ночь напролет.
   До костей продрогнув, метельным днем бритоголовый  бредет  в  красных
палатках красотки живут, но мимо он держит путь:
   На нежные лица в румянах и пудре не смеет даже взглянуть.
   Скоро умрет, станет духом бесплотным, его будет снедать тоска...
   На Западном Небе /3/ - чернеющий мрак, словно в былые века.
   Мы поведали вам о монахе Чжихуэе, который, хотя  и  нарушил  запреты,
вернувшись к мирской жизни, однако ж сохранил чистоту и не запятнал  имя
свое.
   А теперь мы расскажем другую историю про учеников Будды,  которые  не
блюли святых заповедей, из-за чего случилось дело весьма громкое и  неп-
риглядное. Как говорит одно изречение: "Облик буддийской святости  поте-
рял свое чистое сияние, и потускнели краски Горных Врат" /4/. Вы спроси-
те, о чем повествует наша история? Об одной святой обители - храме  Дра-
гоценного Лотоса, который находился в  уездном  городе  Юнчунь,  области
Наньнин провинции Шэньси. Построенный еще при  прошлых  династиях,  храм
по-прежнему сохранял свое великолепие.  При  нем  были  сотни  построек,
притворов и келий. Кругом лежали монастырские угодья:  свыше  тысячи  му
земли. В его казне хранились деньги и ценности в виде дорогих одеяний  и
утвари. Да, знаменита была сия Древняя обитель!  В  храме  иночествовали
более сотни монахов, занимавшихся каждый своими обязанностями, а всю эту
бритоголовую братию возглавлял настоятель с именем  в  постриге  Фосянь,
что означает Явление Будды.
   Каждого, кто приходил в храм помолиться, обязательно встречал  монах,
который прежде всего вел богомольца в чистую опрятную келью  и  потчевал
чаем. После этого инок показывал храм, доставляя гостю  большую  радость
этой прогулкой. Затем они возвращались в комнаты, где  богомольца  ждали
чай, фрукты или другие угощения.
   В своем услужении монахи проявляли  большую  вежливость  и  соблюдали
редкую почтительность, особенно к высоким чинам и людям со  званием.  Их
радение и обходительность возрастали, когда появлялся какой-нибудь знат-
ный чиновник или богач. В этом случае они устраивали пиршество, которому
могла бы позавидовать сама государыня Люй /5/ и выставляли угощения  та-
кие редкостные, что их даже совестно было проглотить!
   Вы спросите, как это все получалось? Дело в том, что, хотя  обитатели
монастыря и считались ушедшими из мира /6/, однако души их были привяза-
ны к земным радостям и наживе крепче, чем у  простых  смертных.  Чай  да
фрукты для гостей служили приманкой, которой точно так же пользуются при
ужении рыбы. Стоило кому-нибудь из богатеев или даже человеку  скромного
достатка появиться в храме, как перед ним появлялись книги с записью по-
жертвований на нужды храма: в одном месте обители  надобно  было  что-то
покрасить, в другом - позолотить изваяние Будды, в третьем  -  подновить
молельню. Если даже делать было нечего, оказывалась нужда в покупке лам-
падного масла и благовонных свечей. Когда встречался человек, готовый на
пожертвование, монахи старались "потревожить" его особо - всячески обха-
живали и дурили ему голову. А если кто отказывался давать деньги, о  нем
распускали слух как о скупердяе и гнусно его поносили, а  проходя  мимо,
смачно сплевывали. Алчность монахов не знала границ. Неудивительно,  что
находились люди, которые, отказывая в помощи своим родственникам,  зано-
сили несколько лянов в книгу пожертвований  храма.  Глупцы,  забывшие  о
корнях своих и думающие лишь о ветвях! /7/ На сей счет есть хорошее сти-
хотворение:
   На людей глаза не поднимет он, созерцает лишь Будды лик.
   Людям простым не спешит помочь, помогать монахам привык.
   Но раз уж ты милосерден и добр, родных не оставь в беде.
   Помоги убогим своей добротой, одари того, кто в нужде.
   Храм Драгоценного Лотоса не походил на другие монастыри. Здесь никог-
да открыто не клянчили деньги на строительство или  ремонт  монастырских
построек. Люди, живущие рядом с монастырем, или жители других мест часто
говорили о доброй обходительности здешних монахов и их  вежливости.  Вот
почему охотников вносить пожертвования было во  много  раз  больше,  чем
противников. Кроме того, храм имел одну  достопримечательность,  которая
привлекала богомольцев, особенно женщин, - Чадодарственную Залу, где, по
слухам, творились настоящие чудеса. Скажем, если приходила сюда  бездет-
ная женщина, то стоило ей помолиться и поставить свечку, как ее  желание
обязательно исполнялось - у нее рождался мальчик или  девочка,  как  она
просила. Вы, конечно, спросите: как  происходили  столь  странные  вещи?
Очень просто. Оказывается, к обеим сторонам залы примыкали домики-кельи,
с десяток и больше, в которых стояли кровати с пологом. И вот  какая-ни-
будь бездетная женщина, молодая и здоровая, после семидневного поста шла
в храм помолиться. Преклонив колена перед изваянием Будды,  она  бросала
на пол деревянный чурбачок, и, если  он  показывал  благоприятный  знак,
женщина оставалась в келье на ночь. Если знак  оказывался  несчастливым,
значит, в ее поступках или молении таилось нечто недоброе. Тогда  монах,
помолившись за нее, назначал ей еще семь дней поста, после чего  женщина
приходила снова.
   Кельи были заперты со всех четырех сторон - ни единой дырки, ни  щел-
ки. Если женщина приходила со слугами,  монахи  внимательно  осматривали
их, потом оглядывали женщину и только вечером ее допускали  в  келью,  а
слуги оставались снаружи у двери. Понятно, при такой строгости ни у кого
не рождалось ни малейших