| |
ростком. Почка-росток нередко бывает красноватого цвета, отличаясь
от отрогов оболочки. Растение дано в динамике роста, в его начальной
фазе; такой "крин" -- заклинание всего будущего развития семени. Эти
пиктограммы обычно располагали в центральном кружке, придавая им
большее значение, чем семенам. Четырехчастная композиция из четырех
листьев папоротника отражает реальный вид весеннего папоротника,
листья которого устремлены во все стороны. Священный характер
папоротника хорошо документирован фольклором: поверья о расцветании
папоротника в купальскую ночь.
Сердцевидная схема (острием вверх) стала устойчивой формой
выражения аграрной сущности орнамента.
Цветки (?). В качестве второстепенного сюжета встречаются
маленькие цветки в четыре лепестка, близкие к тем, которых было так
много на диадеме с Александром. Цветочный характер этих миниатюрных
изображений подчеркнут окраской лепестков в красный и белый или в
красный и синий цвета.
Опыление растений. Одним из главных растительных сюжетов
является устойчивая схема, на которой представлено условное растение
(обычно с двумя корнями, хорошо укоренившееся) с широко раздвинутыми
в стороны ветками, лепестками. Над образовавшейся расщелиной в
растении изображается овальное "зернышко" пыльцы. Важность процесса
опыления подчеркнута несоразмерной величиной проникающей в растение
пыльцы и обязательной окраской в красный цвет.
На поздних ряснах под процветшим крестом изображено овальное
зерно, а на оборотной стороне бляшек -- четыре цветочных чашечки,
опыляемых овальной пыльцой.
На круглых бляшках некоторых рясен изображался целый набор
аграрных символов: в центре -- условное растение (называемое обычно
"древом жизни") в процессе опыления: у корней растения -- семена, а
наверху, отдельно от него -- прорастающие семена.
Наряду с такими аграрными символами на ряснах встречается и
геометрический узор, городки и косой крест. Само расположение
эмалевых вставок таково, что нередко на бляшке обрисовывался косой
крест самой золотой поверхности бляшки. В сочетании с небольшими
круглыми эмалевыми вставками это приводило к намеку на знак
засеянного поля. Изредка в центре бляшек встречается перекрещенный
квадрат с точками в малых квадратах, т. е. давно знакомая нам
идеограмма нивы.
В каждой паре рясен применялось от четырех до восьми разных
сюжетов. Обязательны были птицы, прорастающие семена и опыляемое
растение. Важность последнего сюжета подчеркивается тем, что на
самых поздних квадрифолийных бляшках с процветшим крестом имеется
только два изображения: крест и опыление четырех цветков.
Все это говорит о том, что рясны, опускающиеся вниз от
"небесного" головного убора, были весьма продуманно посвящены теме
"воздуха у земли": семена всех видов, птицы, опыление растений.
Украшение подобного рода могло быть частью свадебного убора,
так как аграрно-магическая тема являлась как бы иносказанием темы
плодородия вообще.
На некоторых ряснах из серебряных цилиндрических колодочек
очень явственно обозначаются вертикальные ряды из нескольких сотен
маленьких выпуклостей, создающих общее впечатление дождевых струй.
Идея оплодотворяющего дождя хорошо согласуется с общей символикой
женского головного убора 34. На выбранном примере такие "дождевые"
золотые рясны хорошо гармонируют с вилами-русалками, поливающими
нивы из рогов, изображенными на колтах этого гарнитура.
----------------------------------
34 Килиевич С. Р. Детинец Киева IX -- XIII вв. Киев, 1982,
рис. 40.
Языческая символика рясен полностью соотнесена с символикой
колтов, завершавших внизу эти великолепные декоративные цепи. (Рис.
96, 100).
Золотые колты парадного убора. Вилы-русалки
"Русалки (вилы) суть женские существа -- очень красивые
девушки с длинными косами и крыльями. Они живут на краю света, а к
нам прибывают лишь однажды в году -- весною и в нужное время орошают
дождем хлебородные нивы. Они выливают росу из рогов и хлеба начинают
колоситься. От русалок зависит плодородие нив".
(Дмитрий Маринов. Народная вера)
Единственный параграф в этой книге предварен эпиграфом. Это
сделано потому, что значительная часть золотых колтов XI -- XII вв.
из княжеских кладов Киева и Чернигова является прямой иллюстрацией
наблюдений болгарского этнографа Д. Маринова над праздниками русалий
в честь русалок-вил 35.
----------------------------------
35 Маринов Д. Народна вера и религиозни обичаи. София, 1914,
|
|
