| |
противоборствовали следующие силы: киевское русское боярство и
дружинники (в основном язычники), возглавленные Ольгой, затем
наемные варяги (частично христиане) во главе с воеводой Свенельдом,
претендовавшим на руководство державой, и многочисленная
аристократия и "всякое княжье" окрестных славянских племен, по всей
вероятности языческое. Эта последняя категория не имела отношения к
киевскому летописанию, а первые две силы противоборствовали не
только в борьбе за власть и влияние, но и соперничали в освещении
событий государственного значения. По поводу событий после убийства
великого князя сложились три различных летописных версии: в одной из
них овдовевшая Ольга является единственной героиней, в другой рядом
с ней выдвигается варяжский воевода Свенельд, а в третьей, более
поздней, снова действует Ольга, но совершенно иначе, чем в первом
рассказе. Первая версия заслуживает особого, внимательного
рассмотрения 135.
----------------------------------
135 Текст печатается по изданию А. А. Шахматова "Повесть
временных лет", (Пг., 1916, с. 61-66, 68-69). Разделение на части и
их заголовки введено условно. В тексте сделаны некоторые пропуски,
обозначенные точками. Выпущенные слова, по всей вероятности,
являются вставками и пояснениями редакторов (и писцов?) X -- XI вв.
В простых скобках даны дополнения из Устюжской летописи.
Хрестоматийно известное повествование об Ольге и её мести
древлянам является не обычной летописной статьей, а замечательным
целостным политическим сочинением, стройным и завершенным по своей
структуре и очень важным по глубине заложенных в нем мыслей о
гармоничности государственного и народного начала в сложную пору
неупорядоченных феодальных отношений. Написанный в экспрессивном
шекспировском духе этот полутрактат полубылина в грозных тонах
поучает князей и дружинников Киева и мятежную знать племен. По своей
форме повествование об Ольге в 945-946 гг. сходно со сказанием о
Вещем Олеге: и там, и здесь применяется эпический разделитель "И",
разграничивающий мелкие эпизоды и этапы развития действия.
Содержание же летописного рассказа об Ольге-язычнице поразительно
интересно и может вызвать удивление, что исследователи мало обращали
внимания на продуманность и стройность этого панегирика мудрой
правительнице языческой державы Руси. Повествование о мести Ольги
следует рассматривать в неразрывном единстве со сведениями о смерти
Игоря и о мудрых установлениях Ольги. (Рис. 69а, б, в, г).
Зачином повествования является рассказ о гибели князя Игоря,
допустившего несправедливость по отношению к населению Древлянской
земли. Косвенными виновниками показаны варяги Свенельда,
обогатившиеся сверх меры за счет сбора дани с русского населения.
Срединная, основная часть -- известное описание мести Ольги,
поданное в спокойной эпической тональности. Концовка повествования
-- описание мудрых государственных действий княгини. Предлагаю
предположительную реконструкцию под условным названием "сказка",
помещенного в летописи под 6453 -- 6455 гг. Деление на разделы и их
заголовки -- условны (в летописи отсутствуют).
[СКАЗ О МУДРОЙ КНЯГИНЕ ОЛЬГЕ
НАРУШЕНИЕ ОБЫЧАЯ ВЕЛИКИМ КНЯЗЕМ]
Игорь же нача къняжити Кыеве, мир имея к вьсем странам.
И приспе осень... Рекоша дружина Игореви:
"Отроци свеньлжи изоделпся суть оружьемь и пърты,
А мы -- нази!
Да пойди, къняже с нами в дань --
Да и ты добудеши и мы!"
И послуша их Игорь; иде в Дерева в дань,
И примышляше к пьрвои дани,
И насиляше им и мужи его,
И възем дань, поиде в свой град.
Идущу же ему въспять, размыслив, рече дружине своей:
"Идете с данию домови, а яз възвращюся и похожю еще".
И пусти дружину свою домови,
с малъмь же дружины възвратися
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
И съдумавше Древляне с кънязьмь своим Маломь:
"Аще ся въвадить вълк в овьце, то выносить вьсе стадо,
аще не убиють его
Тако и сь: аще не убием его, то вься ны погубить".
И посълаша к нему, глаголюще:
"По чьто идеши опять, поймал еси вьсю дань?"
И не послуша их Игорь.
И исшьдъше из града Искоростеня противу древляне, убиша Игоря
и дружину его, бе бо их мало. И погребен бысть Игорь...
|
|
