| |
религиозных представлений являла собой не полную смену одних форм
другими, а наслаивание нового на старое. Архаичные представления,
возникшие на ранних стадиях развития, продолжали существовать,
несмотря на то что рядом с ними (так сказать, над ними) уже
образовались новые наслоения.
Экскурсы в отдаленную первобытность (палеолит, мезолит) имели
целью не воссоздание во всем объеме общечеловеческих истоков
религиозных представлений, а только лишь определение времени и
условий зарождения тех пережиточных явлений, которые уцелели в
фольклоре славянских народов вплоть до XX в.
Выявление хронологического диапазона менаду возникновением
явления и фиксацией его пережитков, диапазона, измеряемого иногда
десятками тысячелетий, позволяет экстраполировать данное явление на
весь этот хронологический промежуток.
4. К первобытным охотникам палеолита и мезолита восходит
целый ряд элементов восточнославянского фольклора: заговоры сил
природы, заговоры от зла (упырей), образ окруженного огнем
"хоботистого" чудища (мамонта?), культ медвежьей лапы, сказочный
богатырь Медвежье Ушко, получеловек-полумедведь, богатыри, одетые в
шкуры, -- все это отголоски каменного века.
5. Из палеолитической глубины идет, по всей вероятности, и
культ Волоса-Велеса, переживший также ряд коренных изменений.
Следует признать верной догадку лингвистов о том, что это божество
отождествлялось с медведем. Можно думать, что первоначально это было
божество охотничьей добычи, "бог мертвого зверя", сохранивший
надолго связь с миром мертвых.
Волос был, по всей вероятности, не небесным божеством (небо
в палеолите не играло особой роли; мир человека был еще плоским), а
вполне земным покровителем отважных охотников, одетых в звериные
шкуры и уподобленных тем животным, на которых они нападали.
Этнография многих народов знает карнавалы с обязательной
маской медведя. У восточных славян медвежий маскарад был приурочен
к двум солнечным фазам: к первой неделе после зимнего солнцестояния
(новый год) и ко дню весеннего равноденствия (белорусские комоедицы
XIX в.). Это были велесовы дни славянского языческого календаря.
В бронзовом веке в пору пастушеских переселений Волос-медведь
стал "скотьим богом". С именем "скотьего бога" Волос-Велес дожил до
Киевской Руси, но тогда смысл этого словосочетания стал уже иным:
так обозначался бог богатства.
6. Русский книжник эпохи Владимира Мономаха дал интереснейшую
(и в основном верную) периодизацию древнего язычества: первоначально
люди приносили жертвы "упырям и берегиням". Это можно перевести на
язык науки как дуалистический анимизм, задабривание вампиров и
благодарение оберегающим берегиням.
Вторым этапом этот автор считал поклонение Роду и рожаницам.
К сожалению, наша научная литература прошла мимо этой важной темы о
древнейших божествах плодовистости и плодородия, не выявив древних
общечеловеческих корней этих представлений и упоминая рожаниц лишь
вскользь в качестве мелких домашних божков. Исследование показало,
что рожаниц было две и что их матриархальный культ предшествовал
культу патриархального Рода.
7. Культ двух рожаниц, богинь, обеспечивающих плодовитость и
плодородие, прошел две основные стадии: охотничью и земледельческую.
Первую мы восстанавливаем по многочисленным мифам разных охотничьих
племен. Время возникновения этих охотничьих представлений хорошо
документировано мезолитическими погребениями шаманов. Небесные
Хозяйки Мира представлялись полуженщинами-полулосихами; они
находились на небе, отождествлялись с двумя важнейшими звездными
ориентирами, носившими названия Лосихи и ее теленка: совр. Большая
Медведица (древнерусск. Лось) и Малая Медведица.
По отношению к Волосу мезолитические рожаницы отражали более
позднюю стадию охотничьих представлений; мир уже перестал быть
одномерным, земным и расслоился на три яруса: нижний,
подземно-подводный (символ -- ящер), средний -- земной и верхний --
небесный, звездный.
Хозяйки Мира -- мать и дочь -- рождают все поголовье
животных, рыб и птиц, необходимое людям.
8. Представления о двух Небесных Хозяйках хорошо
документированы искусством индоевропейских земледельцев энеолита
(часть их являлась языковыми предками славян). Рожаницы
земледельческой эпохи -- покровительницы урожая, подательницы
небесной влаги-дождя. Они иногда сохраняют архаичный облик оленей
или лосей, как бы плывущих по небу в дождевом потоке; иногда
изображаются в виде огромных ликов, занимающих всю Вселенную от
земли до "верхнего неба". Но наиболее частым оформлением двух
рожаниц в энеолитическом искусстве Центральной и Восточной Европы
является изображение (по принципу pars pro toto) четырех женских
грудей, неразрывно связанных с символикой питающей влаги, т. е.
опять-таки с дождем. Эта символика доживает в орнаментике посуды до
середины бронзового века, встречаясь у праславян (тшинецкая культура
|
|
