| |
1. Кузнецы-змееборцы (или кузнец-змееборец).
2. Змей.
3. Валы, созданные после нападения Змея.
Исходной формой змееборца следует, очевидно, считать не пару
кузнецов, а одного кузнеца-демиурга, так как, несмотря на парность
христианских святых Кузьмы и Демьяна, рассказчики легенд постоянно
сбивались на единственное число, создавая причудливую форму --
коваль Кузьмодемьян.
Кузнец-змееборец -- это первый кузнец, выковавший первый плуг
(иногда научивший земледелию). Он несомненно близок к Сварогу или
даже тождествен с ним, так как подчеркнутая летописцем функция
Сварога -- охранителя брака целиком перенесена в восточнославянском
фольклоре на Кузьмодемьяна. Кузьмодемьян -- позднейший христианский
псевдоним древнего языческого Сварога.
Первые кузнецы появились у праславян в чернолесское время, в
IX -- VIII вв. до н. э. Около этого времени появились и первые
плуги. Если, вспоминая Сварога, говорить о возникновении моногамной
семьи, то для праславян (судя по небольшим жилищам Пустынки) процесс
ее вычленения начался еще до появления кузнецов, в бронзовом веке.
Все сходится на том, что сложение мифа о демиурге Свароге должно
быть отнесено к тому исключительно важному времени, когда произошло
открытие железа, т. е. ко времени чернолесской археологической
культуры в Среднем Поднепровье.
На основании археологических данных можно даже говорить о
приурочении мифа к ранней стадии чернолесской культуры, так как ни
в одном из вариантов кузьмодемьянской легенды герои-змееборцы не
превращаются в воинов, всадников. Они появляются в легенде как
первопахари или кователи первого плуга и завершают свои героические
дела как чудесные пахари, выворачивающие глыбы величиной с церковь
и пропахивающие вал, тянущийся "хто зна куда", "аж до Днiпра". И
побеждают они Змея не мечом, не "вострым копьем", а своим кузнечным
инструментом -- клещами, правда (судя по легенде о Свароге) упавшими
с небес. А в археологическом материале VIII в. до н. э. уже часты
находки мечей, псалий (признак воина-всадника) и встречаются
воинские погребения всадников с богатым уздечным набором и оружием
(копье, стрелы). Эти первые конные воины еще не отразились в
первичных кузьмодемьянских легендах краткого вида, и появляются они
лишь в богатырских сказках, оттесняя там архаичных кузнецов на
второй план.
Образ Змея правильно расценивается исследователями фольклора
как "гиперболизированное олицетворение реальной опасности" 24. С. А.
Плетнева правильно рассматривает образ змея в русской сказке как
олицетворение степняков-кочевников, конных воинов, сжигавших деревни
и города" 25.
----------------------------------
84 Новиков Н. В. Образы восточнославянской волшебной сказки.
Л., 1974, с. 191. 25 Плетнева С. А. Змей в русской сказке. -- В кн.:
Древние славяне и их соседи. М. 1970, с. 129-131.
Вполне возможно, что, однажды сложившись, этот образ степной
конной многоголовой орды служил для обозначения не только половцев
(о которых писала Плетнева), но и всех прибывавших "от моря" южных
кочевников вообще. Первым натиском степняков на Среднее Поднепровье
был натиск киммерийцев, первых кочевников (кочевье с X -- IX вв. до
н. э.) южных степей. Это они сжигали поселки праславян
белогрудовского в раннечернолесского времени, оставив в
археологических памятниках прослойки пожарищ X -- IX вв. до н. э.
Легенда о кузнеце-змееборце отразила этот первый этап
киммерийско-праславянских отношений: Змей уже победил людей, он уже
ел их, требовал новых жертв. Не герои идут на Змея, а Змей сам
приходит к людям и угрожает им, осаждает по 20 суток кузню, где
укрываются беглецы.
Оптимистическая легенда сложилась, однако, не как плач по
погибшим, а как апофеоз борьбы с кочевниками, которая могла стать
победоносной лишь в силу двух причин: праславяне создали свои
кузницы, научились ковать оружие (все это лаконично охватывалось
образом чудесного кузнеца), и, кроме того, после победы над Змеем
праславяне построили небывалую до тех пор оборонительную линию.
Перейдем к рассмотрению третьего элемента кузьмодемьянских
легенд, к знаменитым "змиевым валам". Прежде всего необходимо
отметить полное совпадение области распространения кратких
кузьмодемьянских легенд с областью "змиевых валов". Если мы нанесем
на карту пункты, из которых В. В. Гиппиус и В. П. Петров получили
свою информацию, то увидим овал, вытянутый в широтном направлении;
Днепр пересекает его наискось. Крайними пунктами будут (по часовой
стрелке): Киев -- Прилуки -- Новомиргород -- Полтава -- Глинск --
Днепропетровск -- Златополь -- Миргород -- Житомир -- Киев.
Сюда входят и "змиевы валы" Правобережья, изученные В. Б.
Антоновичем, и система валов Левобережья, бегло обозначенная В. Г.
|
|
