| |
Не меньший интерес представляет и характеристика
Левобережного района. Он отличается обилием наверший и скипетров,
другим подбором сюжетов (конь, бык), отсутствием образа оленя,
стремлением создать свой образ фантастического животного из реальных
элементов, а в целом -- своеобразием и замкнутостью.
Попробуем дать исторический комментарий к важным наблюдениям
А. И. Шкурко. Мне очень приятно отметить, что его выводы подкрепляют
мою схему размещения племен в Приднепровье: правый берег Днепра
принадлежал земледельцам праславянам, воспринявшим скифскую
культуру, а левый был заселен смешанным населением, в состав
которого входили праславяне (Ворскла и часть населения Гелона на
Ворскле), остатки местных будинов и пришельцы-гелоны, родственные
скифам, но не тождественные им (Сула, Северский Донец). Последнее и
подтверждается отсутствием у гелонов образа оленя, столь типичного
и обязательного для степных скифов, ставшего как бы гербом кочевых
скифов, а также своеобразием и замкнутостью искусства этого района,
отмеченными исследователями. Благодаря этим наблюдениям гелоны
приобретают археологическую конкретность, и мы можем более уверенно
проводить славяно-иранскую границу.
Исторически вполне закономерно и то, что земледельческий
район Правобережья рано оказался под влиянием греческого искусства:
борисфениты-славяне не только торговали с Ольвией, но и жили в самом
городе (Геродот. История, IV -- 78) и рядом с ним, "напротив
святилища Деметры" (Геродот. История, IV -- 53), т. е. южнее города,
ближе к пути из устья Днепра. Торговля днепровских пахарей с
Ольвией, "Торжищем борисфенитов", велась, по всей вероятности, двумя
путями -- по Синюхе и Южному Бугу, а также по Днепру; оба пути
сходились у Ольвии. Днепр был судоходец в те времена при движении
вверх, против течения, только до порогов, но Геродот получил очень
точные сведения об общей протяженности всей реки -- 40 дней
плавания, следовательно, его информаторы-борисфениты плавали по
всему Днепру и знали расстояния. Земля самих борисфенитов занимала
на Днепре пространство в 10--11 дней плавания (около 400 км).
Границей борисфенитов Геродот считал реку Пантикапу, в которой
естественнее всего видеть Ворсклу 95.
----------------------------------
95 Рыбаков Б. А. Геродотова Скифия, с. 39 -- 43, карта на с.
117.
Между устьем Ворсклы и областью Герр, в которой были
знаменитые курганы царских скифов, находилось к северу от порогов
полупустынное пространство. Крайней северной точкой царских скифов
выше днепровских порогов следует считать, очевидно, район
Александропольского кургана, невдалеке от которого найдено на Лысой
горе знаменитое на-вершие с изображением птиц, волков и бога
(Гойтосира-Аполлона?). Подобное навершие (но более упрощенной формы)
обнаружено в самом Александропольском кургане.
Познакомившись с отрывочными археологическими данными о
праславянском язычестве восточной, "скифской" половины славянства,
обратим внимание на данные (к сожалению, тоже отрывочные) лужицкой
половины.
В керамике лужицкой культуры долгое время сохраняется
архаичный энеолитический мотив женских грудей, восходящий к еще
более ранним представлениям о двух матерях-рожаницах, чьи сосцы
источают небесную влагу. Именно о двух божественных кормилицах
свидетельствуют обычные для керамических форм две пары грудей, четко
и рельефно обозначенных на тулове сосуда. Мы уже знакомы с
выражением этой идеи по более ранней керамике тшинецкой культуры.
Такая посуда обычна для ранней фазы лужицкой культуры, но доживает
она до VI в. до н. э. 96, что определенно говорит о живучести
древних представлений, но вместе с тем отмечает и время их
отмирания. В местах, удаленных от древних земледельческих центров,
как, например, в Поморье, изображение грудей становится
орнаментальным, утрачивает первоначальный смысл: вместо четырех
сосков гончар обозначает семь, что явно говорит о забвении
архаичного содержания 97. Интереснее другое направление эволюции:
вместо четырех грудей на более поздних сосудах появляются
изображения только двух. Это означает, что древняя пара богинь уже
начала заменяться одной богиней. И эту одну богиню мы видим в
археологическом материале в двух обликах, взаимно дополняющих друг
друга: в виде глиняной фигурки и в виде рисунка на браслете.
----------------------------------
96 Кухаренко Ю. В. Археология Польши. М., 1969, табл. XX,
XXXVII, XL.
97 Миниатюрные рудименты двух грудей в виде небольших пуговок
мы знаем и на керамических чашах "скифов"-пахарей, по всей
вероятности, ритуального назначения. См.: Галанина Л. К. Скифские
древности Поднепровья. М., 1976, табл. 4, рис. 5.
Глиняная фигурка из Дещно представляет собой примитивно
|
|
