отсчитайте себе от второго дня празднования (Песах), от дня приношения вами
омера возношения, семь недель,.. отсчитайте пятьдесят дней и принесите
Господу приношения из нового хлеба" (Левит 23:15).
Само название "Шавуот" - "недели" - указывает на непосредственную связь
Шавуота с Песахом: это семь недель между Песахом и Шавуотом, когда евреи,
выйдя из Египта, ждали свершения того, ради чего Господь вывел их, -
получения Торы, что ознаменует их полное освобождение.
Дни от Песаха до Шавуота называются днями "счета омера (снопа)". На
следующий день после Песаха в Храм приносили сноп нового урожая ячменя,
потом отсчитывали пятьдесят дней и в Шавуот приносили первую жертву из
пшеницы нового урожая. Тогда начинался сезон приношения бикурим -
"первинок", первых плодов нового урожая деревьев (подробнее см. ниже).
Даже и сейчас, когда Храма и жертв нет, на каждом еврее лежит заповедь
считать дни между Песахом и Шавуотом. В эти дни еврей должен ежевечерне
произносить: "Сегодня первый день счета омера", "сегодня второй день счета
омера" и т.д. Так еврей выражает свое нетерпение дойти, наконец, до
пятидесятого дня, когда Исход из Египта получит окончательную реализацию в
Даровании Торы.
Название "Шавуот" можно связать не только со словами шева - "семь" - и
шавуа - "неделя" (то есть семь недель между Песахом и Шавуотом), но и со
словом швуа - "клятва" (множественное число - швуот). Тогда это означает
"клятвы": верности Израиля Богу и верности Бога Израилю, то есть союз,
заключенный между Богом и евреями на Синае.
Заключив этот союз, мы обязались соблюдать Тору. Бог же обязался сохранить
еврейский народ - в противовес всем естественным силам истории, которые
пытались уничтожить нас. Сегодня, через 3300 лет после заключения этого
союза, мы видим, что только особое Божественное вмешательство спасало нас:
ведь все те народы и культуры, которые были нашими ровесниками, уже давно
стали "мертвыми историческими памятниками", а мы продолжаем жить.
В Шавуот читают два отрывка из Торы. Первый отрывок (Исход 19:1-20:26)
рассказывает о Даровании Торы; второй (Числа 28:26-31) - о дополнительных
жертвоприношениях в этот день, и по своему второму -
"сельскохозяйственному" - аспекту праздник называется "днем приношения
первых плодов".
Третий важный текст, читаемый в Шавуот, - это Свиток Рут. Ниже мы объясним,
как связан праздник Шавуот с Рут и ее потомком - царем Давидом.
1. ПОДРОБНЫЙ КОММЕНТАРИЙ К ДЕСЯТИ ЗАПОВЕДЯМ
   Первая и Вторая Заповеди. Вера евреев в Одного Бога, запрет всех видов
                              идолопоклонства.

Исход 20: 2-6. Я ГОСПОДЬ, БОГ ТВОЙ, КОТОРЫЙ ВЫВЕЛ ТЕБЯ ИЗ ЗЕМЛИ ЕГИПЕТСКОЙ,
ИЗ ДОМА РАБСТВА; ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ ПЕРЕДО МНОЙ; НЕ ДЕЛАЙ СЕБЕ
КУМИРА И НИКАКОГО ИЗОБРАЖЕНИЯ ТОГО, ЧТО НА НЕБЕ ВВЕРХУ, И ЧТО НА ЗЕМЛЕ
ВНИЗУ, И ЧТО В ВОДЕ ПОД ЗЕМЛЕЮ; НЕ ПОКЛОНЯЙСЯ ИМ И НЕ СЛУЖИ ИМ; ИБО Я
ГОСПОДЬ, БОГ ТВОЙ, БОГ-РЕВНИТЕЛЬ, КАРАЮЩИЙ ЗА ВИНУ ОТЦОВ ДЕТЕЙ ДО ТРЕТЬЕГО
И ЧЕТВЕРТОГО РОДА, ТЕХ, КОТОРЫЕ НЕНАВИДЯТ МЕНЯ, И ТВОРЯЩИЙ МИЛОСТЬ ДО
ТЫСЯЧНЫХ РОДОВ ЛЮБЯЩИМ МЕНЯ И СОБЛЮДАЮЩИМ ЗАПОВЕДИ МОИ.
Первая и Вторая Заповеди говорят о вере в Единого Бога, управляющего всем,
что происходит на земле, и о запрете идолопоклонства.
Почему Тора включает веру в единого Бога в число заповедей? Казалось бы,
это не заповедь, влияющая на нашу повседневную жизнь, а абстрактный
философский постулат. Но без веры в единого Бога выполнение остальных
заповедей теряет смысл и основу. У разных людей могут быть разные,
субъективные представления о морали, добре и истине. Даже если во многом
представления о добре у большинства людей схожи, при материалистическом
подходе трудно избежать релятивизма, так как материализм не признает
существования добра и зла вне сознания людей, - а тогда в спорном случае
как решить, кто прав? Ведь объективного добра, с точки зрения
материалистов, не существует.
Если человек верит в существование нескольких высших сил, имеющих разные
области действия или разные устремления, его мораль еще более зыбка, чем
мораль материалиста. Какую из них он захочет удовлетворить тем или иным
своим поступком? Идеалист, признающий существование материальных ценностей
(в том числе, возможно, некоего вместилища добра и правды), находится в
лучшем положении, но и одной уверенности в том, что эти ценности
существуют, тоже недостаточно. Ведь, может быть, они никак не влияют на
нашу жизнь, абсолютно недоступны, как некая вещь в себе? Лишь если человек
верит в личностного Бога, который иногда открывается людям, вступает с ними
в диалог - в форме откровения, пророчества, "голоса совести", вдохновения -
тогда он должен чувствовать ответственность за каждый свой поступок,
стремиться приблизиться к Богу, непрерывно работать над собой. И тогда
обретают смысл все остальные заповеди - как общепринятые моральные законы,
так и малопонятные ритуальные предписания. Выполнение заповедей может иметь
смысл, только если есть Кто-то Один, Чью волю мы стремимся исполнить.
Два Имени Бога, употребленные в формулировке Первой Заповеди, отражают, как
известно, два Его неразделимых аспекта. Традиция говорит нам, что Имя
"Господь" (на иврите - непроизносимое Имя Бога, Тетраграмматон) отражает
Его милосердие, а Имя "Бог", совпадающее по форме со множественным числом
слова "судья", - Его справедливость. Милосердие и справедливость вступают,
казалось бы, в противоречие друг с другом: если Бог должен вершить