|
ск&озияк
Z50
— Зарыть у этого камня. Живей, душегубы!.. Вечером палец мой начал
вспухать, дергаться.
Всю ночь провертелся. «Именем дьявола... Интересно, у Яськи тоже нарыв?.. А у
Жорки?.. А что было написано в клятве?.. Даже не прочитали...»
К утру палец вздулся, мама заметила, сделала повязку с кусочком столетника.
Школу можно по этому случаю прогулять.
На пустырике уже ошивался Яська.
— Сто тысяч жареных дьяволов!
— И соленая ведьма! Покажи, у тебя нарвало?
— Не-ет.
— А у меня во-о-о.
— Уй-яа. Ну теперь умрешь, хахаха...
— Давай клятву раскопаем и сожжем, спички есть.
— Как там в «Острове сокровищ», помнишь?.. «...С ругательствами негодяи
отшвырнули прочь
посинелый скелет помощника капитана. С глухим стуком в покрасневшую от крови
каменистую почву вонзились заступы...»
Бумажка оказалась сухой.
клятва ушасной места
клянусь каждого кто попадется
на гла$а $ гас усуткого убийцы
одним Взглядом превратить
S пустое мокрое место
Рихард Ъешеный Треб и Х°
Г/1ЛРЛ 2: Шо&ищия Гилюз
251
— Ничего, а.
— Нормально. Пустое мокрое место — у-у!!
— Жорка-то расписался красивше всех. Какая загогулина, а?.. И не расплылось.
— У него кровь светлая.
— А у кого малокровие, синяя.
— Синяя у марсиан.
— Иди врать.
— А у японцев зеленая.
— А у муравьев вообще крови нет, спирт у них.
— Давай в футболешник?..
Подошла еще парочка прогульщиков с соседнего двора. Гоняли консервную банку, я
и не заметил, как сунул ужасную клятву в карман.
Вечером, при стирке штанов, документ был обнаружен мамой, пришлось объясниться.
Мама смотрит на текст, вглядывается в наши подписи и вдруг говорит:
— А главарь-то ваш краской расписался.
— Акварельной. Акварельная у него кровь.
— Акварельная кровь?!.......
— Акварельная. Крап-лак называется. ...АКВАРЕЛЬНАЯ КРОВЬ!..
Ах, вот оно что. Ну, что делать будем?.. Вот это главарь... Побежать к Яське.
Показать, как нас ОБВЕЛИ ВОКРУГ ПАЛЬЦА! Потом... Потом СТРАШНАЯ МЕСТЬ!!
Заставить его... Что заставить?.. Проколоть палец! Той же самой булавкой, той
самой! — и-и... И - написать! - Своей НА-СТО-Я-ЩЕЙ кровью! — написать вот что:
я ЯМЛ8Ц1 жйзмте межг
ск&озияк
25Z
Во сне мы с мамой рыли пещеру, бесконечно длинную, долбили светящийся красный
камень, чтобы добыть ОГОНЬ СТРАШНОГО СЧАСТЬЯ.
Вдруг мама, проваливаясь, говорит: «Я за спичками», — и исчезает, понимаю, что
навсегда, и чтобы догнать ее, ПЕРЕСТАЮ БЫТЬ, а это можно успеть только за
вечность, которая бесконечно короче мига, коснуться только...
...Право чистой страницы, право детское, первое и последнее... Наутро сознание
мое было омыто солнцем, новый день не желал сводить счеты.
Ни я, ни Яська ни звуком более не обмолвились об этой дурацкой клятве. А Жорка
притих, помалкивал — может быть, что-то чувствовал...
Страница перевернулась; но что-то все-таки не попустило этой бумажке исчезнуть..
.
двадцать четыре смертельных точки
Как бы я ни старался живописать Оргаева — ни самые многозвучные краски, ни
тончайшая светотень не победят чертежа.
Я даже не верю, что он есть: все время, пока мы общались, не уходило затаенное
подозрение, что его нет. А ведь в памяти целый фильм — от той первой встречи в
песочнице...
Мешковатый мальчик, каких много. Зодиаковый скорпион, на четыре дня старше меня.
Бесцветный прыщеватый подросток, сохраняющий мешковатость, но уже какую-то
многоугольную.
Со спины: оквадраченная голова на короткой шее, наплюснутые вперед уши.
Профиль: круглая, почти дугообразная выпуклость лба, не слишком высокого,
|
|