ия от имени дельца с черствым  сердцем:
"Теперь мои рабочие  хорошо  размещены  и  накормлены  при  вдвое  меньших
затратах; пусть-ка они теперь будут хорошо одеты, и тогда можно надеяться,
что они  будут  здоровыми,  а  здоровье  -  это  условие  хорошей  работы;
позаботимся также и об одежде. Закупая оптом, по фабричным ценам теплые  и
прочные материи, хороший и плотный холст,  можно  с  помощью  жен  рабочих
сшить одежду не хуже, чем у портных. Наконец, заказы на обувь  и  головные
уборы  будут  значительными  и  ассоциация  сможет   добиться   скидки   у
производителей..." Как вы находите, мадемуазель Анжель, верны  ли  расчеты
нашего дельца?
   - Трудно всему этому поверить! - воскликнула молодая девушка с  наивным
восхищением. - А между тем все так ясно и просто!
   - Конечно... ничего нет проще добра...  А  обычно  об  этом  совсем  не
думают. Обратите внимание, что ведь наш делец на все это смотрит только  с
точки зрения собственной выгоды... Он берет  только  материальную  сторону
вопроса... не принимая во внимание стремление к братству,  солидарности  и
взаимной поддержке, неизбежно развивающееся при совместной  жизни;  он  не
думает также о том, что улучшение благосостояния улучшит и смягчит нравы и
характер людей; что сильный должен поддерживать и просвещать слабого,  что
в конце концов _человек честный, деятельный и  трудолюбивый  имеет  право,
именно право требовать от общества работы и заработка соответственно своим
нуждам..._ Нет, наш  делец  думает  только  о  барышах  и,  гарантированно
помещая свои деньги в дома, получает 5% и, кроме того,  извлекает  немалые
преимущества из материального благосостояния своих рабочих.
   - Совершенно верно!
   - А что вы мне скажете, если я вам  докажу,  что  нашему  дельцу  будет
очень выгодно давать своим рабочим,  помимо  заработной  платы,  известную
долю прибыли?
   - По-моему, это труднее доказать...
   - А вот попрошу вашего  внимания  на  несколько  минут,  и  вы  в  этом
убедитесь.
   Разговаривая таким образом, они дошли до выхода из сада, принадлежащего
рабочим.
   В это время пожилая женщина, очень просто, но тщательно одетая, подошла
к Агриколю и спросила его:
   - Господин Гарди вернулся на фабрику?
   - Нет, сударыня, но его ждут с минуты на минуту.
   - Быть может, сегодня?
   - Сегодня или завтра.
   - Неизвестно в котором часу?
   -  Думаю,  что  нет.  Впрочем,   охранник   фабрики,   служащий   также
привратником в доме г-на Гарди, быть может, скажет точнее.
   - Благодарю вас.
   - К вашим услугам.
   - Вы не заметили, господин Агриколь, - сказала Анжель, после  того  как
женщина удалилась, - до чего бледна и взволнована эта дама?
   - Заметил. Мне показалось даже, что у нее слезы на глазах.
   - Да, как будто она только что плакала. Бедная женщина! Быть может, она
надеется получить какую-нибудь помощь от господина Гарди... Но что с вами?
о чем вы задумались?
   Агриколь испытал смутное предчувствие, что визит этой  пожилой  дамы  с
грустным  лицом  как-то  связан  с  исчезновением  хорошенькой   белокурой
незнакомки, являвшейся на фабрику три дня тому  назад  узнать  о  здоровье
господина Гарди и,  быть  может,  слишком  поздно  узнавшей,  что  за  ней
шпионили.
   - Простите меня, мадемуазель Анжель, но визит этой  дамы  напомнил  мне
одно обстоятельство, поделиться которым с вами я не могу, так как  это  не
моя тайна.
   - О! успокойтесь, господин  Агриколь!  -  отвечала,  улыбаясь,  молодая
девушка. - Я не любопытна! Кроме того, ваш рассказ так меня заинтересовал,
что ни о чем другом я и слышать не хочу.
   - Отлично. Еще несколько слов, и вы будете посвящены во все тайны нашей
ассоциации...
   - Я вас слушаю!
   - Мы будем продолжать с точки зрения  корыстолюбивого  дельца.  "Теперь
моим рабочим, - говорит он, -  созданы  лучшие  условия  для  того,  чтобы
работать, как можно больше. Но как увеличить прибыль?  Дешево  производить
возможно лишь при экономном потреблении сырья, наилучшей системе обработки
и быстроте исполнения. Несмотря на надзор, рабочие  не  разумно  расходуют
материал; как этому помешать?  Как  побудить  их,  чтобы  каждый  в  своей
области  старался  применять   способы   наиболее   простые   и   наименее
расточительные?"
   - В самом деле, господин Агриколь, как это сделать?
   - Это еще не все. "Чтобы продать дорого, необходимо,  чтобы  вещи  были
сделаны безукоризненно. Мои рабочие работают хорошо, но этого мало,  надо,
чтобы они работали превосходно".
   - Но  послушайте,  господин  Агриколь,  какой  интерес  может  побудить
рабочих, если они трудятся добросовестно,  думать  еще  и  о  превосходной
работе?
   - В этом-то и суть  вопроса,  мадемуазель  Анжель:  _какой  им  в  этом
интерес?_ Вот наш делец и задается такой мыслью: "Если мои  рабочие  будут
_заинтересованы_ в сбережении сырья, если  они  будут  _заинтересованы_  в
производительной трате  времени,  в  улучшении  способов  производства,  в
превосходном качестве своей работы, - тогда моя цель достигнута!  Отлично,
так я заинтересую  своих  рабочих  прибылью,  которую  даст  экономия,  их
старание, прилежание и ловкость; чем  лучший  товар  они  произведут,  тем
лучше я его продам, тем больше будет их доля, а также и моя".
   - Теперь я начинаю понимать, господин Агриколь!
   - И расчет нашего дельца оказался верен. Прежде рабочий, когда  у  него
не было доли в прибыли, говорил  себе:  "Велика  нужда  стараться  сделать
больше или лучше! Какая мне в этом выгода? Ни