через эту внешность. Постольку средство  выше,  чем  конечные  цели  внешней
целесообразности; плуг нечто  более  достойное,  нежели  непосредственно  те
выгоды, которые доставляются им и служат целями. Орудие  сохраняется,  между
тем как непосредственные выгоды преходящи и  забываются.  Посредством  своих
орудий человек обладает властью над внешней природой, хотя по своим целям он
скорее подчинен ей.
   Но цель не только находится вне механического процесса, но и  сохраняется
в нем и есть его определение. Как понятие, которое  существует  свободно  по
отношению к объекту и его процессу и которое есть  самое  себя  определяющая
деятельность, цель сливается в механизме лишь с самой собой, ибо она в такой
же мере есть в себе и для себя сущая истина механизма. Власть  (Macht)  цели
над объектом есть это для себя  сущее  тождество,  и  ее  деятельность  есть
проявление этого тождества. Как содержание цель есть в себе и для себя сущая
определенность,  которая  в  объекте  дана  как  безразличная   и   внешняя;
деятельность же цели есть, с одной стороны, истина процесса, а [с другой  ],
как отрицательное единство-снятие  видимости  внешности  (das  Aufheben  des
Scheins   der   Aufierlichkeit).   Именно   как   абстракция    безразличная
определенность объекта  столь  же  внешним  образом  заменяется  другой;  но
простая  абстракция  определенности  есть   в   своей   истине   тотальность
отрицательного, конкретное понятие, полагающее внешнее внутрь себя.
   Содержание цели - это ее отрицательность как простая  рефлектированная  в
себя особенность, отличная от ее тотальности как формы. Ввиду этой простоты,
определенность  которой  есть  в  себе  и  для  себя  тотальность   понятия,
содержание выступает как то что остается тождественным  в  реализации  цели.
Телеологический процесс есть перевод понятия,  существующего  отчетливо  как
понятие, в объективность; этот перевод в нечто иное, служащее  предпосылкой,
оказывается слиянием понятия с самим собой через само себя. Содержание  цели
и есть это  тождество,  существующее  в  форме  тождественного.  При  всяком
переходе понятие сохраняется; например, когда причина становится  действием,
причина сливается в действии  лишь  с  самой  собой;  но  в  телеологическом
переходе  само  понятие,  как  таковое,  уже  существует  как  причина,  как
абсолютное,  свободное  по  отношению   к   объективности   и   ее   внешней
определимости, конкретное единство.  Внешность,  в  которую  переводит  себя
цель, уже сама, как мы видели, положена как момент понятия,  как  форма  его
различения внутри себя. Поэтому цель имеет  во  внешности  свой  собственный
момент; и содержание как содержание конкретного  единства  есть  ее  простая
форма, которая в различенных моментах цели  -  как  субъективная  цель,  как
средство и опосредствованная деятельность и как объективная цель - не только
в себе остается равной себе, но и существует как  то,  что  остается  равным
себе.
   О телеологической деятельности можно поэтому сказать,  что  в  ней  конец
есть начало, следствие - основание, действие - причина, что она  становление
уже ставшего, что в ней обретает существование только уже существующее и  т.
д., т. е. что вообще все определения отношения, которые принадлежат к  сфере
рефлексии или непосредственного бытия, утратили свои различия и что то,  что
высказывается как то иное-например конец, следствие, действие и  т.  д.,-  в
самом отношении цели уже не имеет определения иного, а скорее  положено  как
тождественное с простым понятием.
   2.  При  ближайшем  рассмотрении  продукта  телеологической  деятельности
оказывается,  что  цель  в  нем  лишь  внешняя,  поскольку   он   абсолютная
предпосылка  по  отношению  к  субъективной   цели,   а   именно   поскольку
удовлетворяются тем, что  целесообразная  деятельность  с  помощью  средства
относится к объекту лишь механически  и  на  место  одной  безразличной  его
определенности  полагает  другую,  столь  же  внешнюю  ему.  Подобного  рода
определенность, которую цель сообщает объекту, отличается в общем от другой,
чисто механической определенности тем, что первая есть  момент  единства  и,
стало быть, хотя она и внешняя объекту, однако в самой себе  не  есть  нечто
чисто внешнее. Объект, обнаруживающий такое единство, есть целое, к которому
его части -  его  собственная  внешность  -  безразличны;  он  определенное,
конкретное  единство,  соединяющее  внутри  себя  различенные  отношения   и
определенности. Это единство, которое не может  быть  постигнуто  исходя  из
специфической природы объекта и определенное содержание которого  отличается
от свойственного объекту содержания,  само  по  себе  не  есть  механическая
определенность, но  в  объекте  оно  еще  механично.  Как  в  этом  продукте
целесообразной деятельности содержание цели и содержание объекта внешни друг
другу, точно так же относятся между собой и в других моментах  умозаключения
их определения: в связующем среднем члене -  целесообразная  деятельность  и
объект, служащий средством, а в субъективной цели (другом крайнем  члене)  -
бесконечная форма,  как  тотальность  понятия  и  его  содержание.  По  тому
соотношению, которое связывает  субъективную  цель  с  объективностью,  одна
посылка - соотношение объекта, определенного как  средство,  с  внешним  еще
объектом, - так же как и другая, -соотношение субъективной цели с  объектом,
который  делают  средством,  -  суть   непосредственные   соотношения.   Это
умозаключение страдает поэтому недостатком формального умозаключения вообще:
те соотношения,  из  которых  оно  состоит,  сами  не  суть  заключения  или
опосредствования,  а  скорее  уже  предполагают  то  заключение,   средством
получения которого они ленного как средство, с внешним еще объектом,  -  так
же как и другая, - соотношение субъективной цели с объектом, который  делают
средством, - суть непосредственные соотношения. Это  умозаключение  страдает
поэтому недостатком формального умозаключения  вообще:  те  соотношения,  из