| |
Продукт формального механизма - это объект вообще, безразличная
тотальность, в которой определенность положена. Так как объект вследствие
этого вступил в процесс как нечто определенное, то, с одной стороны,
результат прекращения этого процесса - покой как первоначальный формализм
объекта, отрицательность его для-себя-определенности
(Fur-sich-bestimmtseins). Но с другой стороны, снятие того, что объект есть
нечто определенное, оказывается положительной рефлексией объекта в себя,
возвратившейся в себя определенностью или положенной тотальностью понятия,
истинной единичностью объекта. Объект сначала в своей неопределенной
всеобщности, а затем как особенное определен теперь как объективно
единичное; так что в нем снята указанная выше видимость той единичности,
которая есть лишь самостоятельность, противополагающая себя субстанциальной
всеобщности.
Эта рефлексия в себе есть теперь, как оказалось, объективное бытие
объектов как единых (Einssein), которое есть индивидуальная
самостоятельность, - центр. Во-вторых, рефлексия отрицательности - это
всеобщность, которая есть не противостоящая определенности, а определенная
внутри себя, разумная судьба - такая всеобщность, которая обособляет себя в
самой себе, спокойное различие, устойчивое в несамостоятельной особенности
объектов и в их процессе, - закон. Этот результат есть истина и тем самым
также основа механического процесса.
С. АБСОЛЮТНЫЙ МЕХАНИЗМ (DER ABSOLUTE MECHANISMUS)
а) Центр (das Zentrum)
Пустое многообразие объекта теперь, во-первых, собрано в объективную
единичность, в простое определяющее себя средоточие (Mittelpunkt). Так как,
во-вторых, объект как непосредственная тотальность сохраняет свое
безразличие к определенности, то определенность имеется в нем и как
несущественная, иначе говоря, как внеположность многих объектов. Первая,
существенная определенность образует собой, напротив, реальную середину
между многими механически действующими друг на друга объектами, через
которую они соединены в себе и для себя, и есть их объективная всеобщность.
Всеобщность оказалась (zeigte sich) сначала в передавании, имеющем место
(vorhandene) лишь благодаря полаганию; как объективная же она проникающая,
имманентная сущность объектов.
В материальном мире такой всеобщностью служит центральное тело, которое
есть род, однако как индивидуальная всеобщность единичных объектов и их
механического процесса. Несущественные единичные тела относятся между собой
как толкающие и оказывающие давление друг на друга; такого отношения нет
между центральным телом и теми объектами, сущность которых оно есть; ибо
внешность их уже не составляет их основного определения. Их тождество с
центральным телом-это, стало быть, скорее покой, а именно бытие в их центре;
это единство есть 'их в себе и для себя сущее понятие. Однако это единство
остается лишь долженствованием, так как ему не соответствует положенная еще
при этом внешность объектов. Поэтому свойственное им стремление к центру
есть их абсолютная, не ^положенная передаванием всеобщность; она составляет
истинный, сам по себе конкретный (а не положенный извне) покой, в который
должен возвратиться процесс несамостоятельности. - Поэтому, когда в механике
принимают, что приведенное в движение тело продолжало бы вообще двигаться по
прямой линии до бесконечности если бы оно не теряло своего движения из-за
внешнего сопротивления, то это пустая абстракция. Трение или любая другая
форма сопротивления есть лишь явление центричности (Zentralitat);
центричность и есть как раз то, что абсолютно возвращает к себе [движущееся]
тело; ибо то, обо что трется движущееся тело, обладает силой сопротивления
только благодаря тому, что оно составляет одно с центром. - В сфере
духовного центр и слитость с ним принимают высшие формы; но единство понятия
и реальность этого единства, которые вначале образуют здесь механическую
центричность, должно и там составлять основное определение.
Поэтому центральное тело перестало быть просто объектом, так как в
объекте определенность несущественна; ведь центральное тело [теперь] уже
обладает не только в-себе-бытием объективной тотатальности, но и ее
для-себя-бытием. Его можно поэтому рассматривать как индивид. Его
определенность существенно отличается от простого порядка или расположения и
внешней связи частей; как в себе и для себя сущая определенность она
имманентная форма, самоопределяющий принцип, которому объекты присущи и
которым они связаны в истинное "одно".
Однако взятый таким образом этот центральный индивид есть еще только
средний член, который еще не имеет истинных крайних членов; но как
отрицательное единство тотального понятия он расщепляет себя на таковые.
Иначе говоря, те внешние друг другу объекты, которые раньше были
несамостоятельными, определяются через возвращение понятия также как
индивиды; тождество центрального тела с собой - оно есть еще стремление - |
сковано своей внешностью, которой, поскольку она принята в объективную
единичность центрального тела, передана эта единичность. Благодаря этой
собственной центричности они, поставленные вне того первого центра, сами
суть центры для несамостоятельных объектов. Эти вторые центры и
несамостоятельные объекты связаны указанным выше абсолютным средним членом.
Но и сами относительные центральные индивиды составляют средний член
второго умозаключения; с одной стороны, этот средний член подведен под
высший крайний член - под объективную всеобщность и мощь абсолютного центра,
с другой стороны, под него как носитель поверхностной или формальной
|
|
