х специальных теорий в онтологии и эпистемологии; 
наибольшее значение имеет прежде всего его этика, а также его острая 
историческая критика. Я почти полностью ограничусь рассмотрением этики и 
критики религии, так как именно эти аспекты его трудов сделали его влиятельным.

Жизнь Ницше был проста. Отец его был протестантским пастором, и Ницше получил 
очень религиозное воспитание. Он учился в университете на классическом и 
филологическом отделениях настолько блестяще, что в 1869 году, еще до получения 
степени, ему предложили быть профессором филологии в Базеле; это место он 
принял. Он никогда не обладал хорошим здоровьем и после периодических отпусков 
по болезни был вынужден в 1879 году уйти в отставку. После этого Ницше жил в 
Швейцарии и Италии. В 1888 году он сошел с ума и в таком состоянии пребывал до 
самой смерти. Ницше страстно любил Вагнера, но поссорился с ним после написания 
оперы «Парсифаль», которая показалась Ницше слишком христианской и слишком 
полной самоотречения. После ссоры он жестоко ругал Вагнера и даже дошел до того,
 что обвинил Вагнера в том, что он еврей. Однако общее мировоззрение Ницше 
оставалось очень схожим с мировоззрением Вагнера, которое было отражено в его 
музыкальном цикле «Кольцо Нибелунгов». Сверхчеловек Ницше во всем сильно 
напоминает Зигфрида, за исключением того, что он знает греческий язык. Это 
может показаться странным, но это — не моя вина.

Осознанно Ницше не был романтиком; действительно, он часто резко критикует 
романтиков. Осознанно его мировоззрение было эллинским, но без орфической 
компоненты. Его восхищают досократики, за исключением Пифагора. Он питает 
склонность к Гераклиту. Великодушный человек Аристотеля очень похож на 
«благородного человека» Ницше, но в основном Ницше утверждает, что греческие 
философы, начиная с Сократа и далее, были ниже своих предшественников. Ницше не 
может простить Сократу его плебейского происхождения, называет его «roturier» и 
обвиняет в разложении знатной афинской молодежи с помощью демократических 
моральных принципов. Особенно он осуждает Платона за склонность к назиданиям. 
Однако ясно, что ему не очень хочется осуждать Платона, и, чтобы извинить его, 
Ницше предполагает, что Платон, вероятно, был неискренним и проповедовал 
добродетель только как средство удержания низших классов в повиновении. Он 
назвал его однажды «великим Калиостро». Ницше нравятся Демокрит и Эпикур, но 
его приверженность к последнему кажется нелогичной, если только ее не 
интерпретировать как в действительности восхищение Лукрецием.

Как и следует ожидать, Ницше был низкого мнения о Канте, которого называл 
«моральным фанатиком а lа Руссо».

Несмотря на то, что Ницше критикует романтиков, его мировоззрение многим 
обязано им: это аристократический анархизм байроновского типа, и никто не 
удивится, узнав, что Ницше восхищался Байроном. Ницше пытался соединить два 
рода ценностей, которые нелегко гармонируют между собой: с одной стороны, ему 
нравятся безжалостность, война, аристократическая гордость; с другой стороны, 
он любит философию, литературу, искусство, особенно музыку. Исторически эти 
ценности сосуществовали в эпоху Возрождения; папа Юлий II, завоевавший Болонью 
и использовавший талант Микеланджело, может служить примером человека, которого 
Ницше желал бы видеть во главе правительства. Естественно сравнить Ницше с 
Макиавелли, несмотря на важные различия между этими двумя людьми. Различия эти 
состоят в том, что Макиавелли был человеком действия, его мнения формировались 
в тесном контакте с делами общества и шли в ногу с веком; он не был ни 
педантичным, ни систематичным, и его философия политики не образует 
непротиворечивого целого. Ницше, напротив, был профессором, в сущности 
книжником, философом, находящимся в сознательной оппозиции к доминирующим 
политическим и этическим течениям своего времени. Однако сходство их глубже. 
Философия политики Ницше аналогична философии политики, изложенной в книге 
«Князь» (но не в «Размышлениях»), хотя она разработана и применена более широко.
 У обоих — и у Ницше, и у Макиавелли — этика нацелена на власть и носит 
умышленно антихристианский характер, причем антихристианский характер у Ницше 
выступает более выпукло. Наполеон был для Ницше тем же, чем Чезаре Борджа для 
Макиавелли: великим человеком, побежденным мелкими противниками.

Критика религии и философии у Ницше полностью находится под властью этических 
мотивов. Он восхищается некоторыми качествами, которые, как он верил (может 
быть, и правильно), возможны только у аристократического меньшинства; 
большинство, по его мнению, должно быть средством для возвышения меньшинства, 
большинство нельзя рассматривать как имеющее какие-то независимые притязания на 
счастье или благополучие. Обычно Ницше называет простых людей «недоделанными и 
неполноценными» (bungled and botched) и не возражает против того, чтобы они 
страдали, если это необходимо для создания великого человека. Так, вся важность 
периода 1789-1815 годов суммирована в Наполеоне. Наполеона сделала возможным 
именно революция — вот в чем ее оправдание. Нам следует желать анархического 
крушения всей нашей цивилизации, если его результатом было бы такое 
вознаграждение. Наполеон сделал возможным национализм, — вот в чем извинение 
последнего. Почти все возвышенные надежды XIX века, пишет Ницше, обязаны своим 
возникновением Наполеону.

Ницше очень любит говорить парадоксами, желая шокировать рядового читателя. Он 
делает это, употребляя слова «добро» и «зло» в обычных им значениях, а потом 
з