Возможно, что через 
посредство восприятия мы сталкиваемся с реальностью и чувствуем, что существует 
что-то реальное. Но для установления природы объекта, с которым мы приходим в 
столкновение, необходимо умозаключение. 

Воспринимающий, или упалабдхри, – это виджняна, и субстрат сознания (читта, или 
ум) – постоянен. Память – это читтадхарма, или качество читты. Объектами, 
действующими на органы чувств, являются рупа (цвет или форма), вкус, запах, 
осязание и звук. В соответствии с существованием пяти видов объектов, 
действующих на органы чувств, мы имеем пять органов чувств. После восприятия 
внешних объектов индрии пробуждают читту, или ум, и возбуждают виджняну, или 
сознание. Эти индрии, которые воспринимают объект, по своей природе материальны.
 

Каждая индрия имеет две части, главную и вспомогательную. В случае зрительного 
восприятия зрительный нерв будет главным, а глазное яблоко вспомогательным. 
Говорят, что существует шесть видов различений, которым соответствуют пять 
органов чувств и шестой – ум, являющийся внутренним чувством. Посредством 
шестого чувства – ума – мы познаем не только конкретный цвет, но и цвет как 
таковой или звук как таковой. Согласно Васубандху, читта – то же самое, что 
разум, виджняна, или способность проводить различия17. Не существует души, 
отличной от виджняны или читты [138] 

Согласно учению этой школы, Будда является обыкновенным человеком, который 
после достижения ограниченной нирваны в результате достижения просветленности 
(состояния будды) и после достижения состояния окончательной нирваны в 
результате смерти перестал существовать. Единственным божественным элементом у 
Будды было его интуитивное знание истины, которого он достиг без помощи других. 


III. САУТРАНТИКИ
Второй школой хинаяны является школа саутрантиков18. Саутрантики признают 
внеумственное существование феноменального мира. Но только у нас нет 
непосредственного восприятия этого мира. Мы располагаем представлениями, 
содержащимися в нашем уме, с помощью которых мы делаем вывод о существовании 
внешних объектов. Они должны существовать, ибо без объектов восприятия не может 
быть восприятия19. 

Мадхава в Сарвадаршана-санграхе излагает аргументы, с помощью которых 
саутрантики приходят к выводу о существовании внешнего мира: 

"В конце концов, сознание должно иметь какой-то объект, так как оно 
обнаруживает себя в двойственности... Если бы данный объект был только формой 
сознания, он должен был бы проявлять себя как к таковой, а не как внешний 
объект". 

Современная логика может рассматривать это как смешение объективного и внешнего.
 Если говорят, что внутреннее начало проявляет себя, как если бы оно было 
чем-то внешним, саутрантики отвечают: 

"Это, мнение несостоятельно, ибо, если бы не было внешних объектов, то не было 
бы их генезиса; сравнение, "как если бы оно было чем-то внешним", – незаконно. 
Ни один здравомыслящий человек не скажет, что Васумитра подобен сыну бездетной 
матери"20. 

Мы предполагаем объективное существование, исходя из определенных свойств, так 
же как "о сытости судят по удовлетворенному виду, о национальности – по языку и 
о чувствах – по выражению"21. Далее: 

"Сознание само по себе повсюду одинаково, и если бы существовало только оно, то 
мир должен был бы быть единым. Однако мы порой имеет синее, порой красное. Это 
происходит благодаря различиям в самих объектах". 

Разнообразие форм сознания указывает на существование внешних объектов. Кроме 
того, "те вещи, которые, пока вещь существует, проявляют себя только временами, 
должны зависеть от чего-то другого, чем эта вещь". Сознание проявляет себя 
только временами как синее и т.п. Далее: 

"Именно знание субъекта (алая-виджняна) и есть то, что интересует ego. Именно 
знание объекта (правритти-виджняна) является тем, что обнаруживает синее, и т.д.
" 

Наконец, этот внешний мир не возникает по нашей воле. Чтобы объяснить зависимую 
природу чувственного восприятия, мы должны признать реальность мира, способного 
порождать звук, вкус, запах, осязание, цвет, наслаждение, боль и т.д. 
Следовательно, этот мир является внешним по отношению к сознанию. Наша вера в 
него основывается на умозаключении. Мы можем спросить, действительно ли 
существование этого мира настолько абсолютно, самоочевидно и доказуемо, что оно 
может рассеять любое сомнение. Декарт возражает: 

"Не может быть, чтобы какой-то злобный дух витал над нашими умами и пробуждал в 
них идеи вещей, которые в действительности не существуют". 

В этом случае мы, кажется, приближаемся к взгляду йогачар, согласно которому 
непосредственные объекты сознания, о которых мы имеем какое-либо представление, 
являются нашими идеями. Никакой ложный дух не может обмануть нас в отношении их.
 Как только нарушается единство мышления и бытия, когда мы отделяем сознание я 
от непосредственного сознания мира, оба они перестают существовать. Теория 
мадхьямиков последовательно располагает я и не-я и ведет нас к абсолютному 
единству, стоящему выше различия я и не-я. 

Утверждая, что не может быть перцептивного знания объектов без существования 
внешних объектов, саутрантики заявляют, что эти внешние объекты – мгновенны