что солнце может равно всходить и над добрыми, и над злыми". Тем не менее Ницше,
 по мнению Шестова, не удержался на этой ступени. От проповеди добра через 
философию жизни он переходит не к этике веры, а к новой проповеди морали 
"сверхчеловека". Путь веры оказался для него закрытым, и Ницше вновь впал в 
"соблазн" этического рационализма.

Книга Шестова заканчивается программными словами: "Нужно искать того, что выше 
сострадания, выше добра. Нужно искать Бога". Шестов вовсе не отрекается от 
этики, но ставит перед собой задачу оправдать этику в рамках философии веры, 
создать этику, в основе которой лежала бы не свобода выбора между добром и злом,
 а "свобода к добру", определяющая конечное торжество и победу добра над жизнью.
 Шестовская "этика веры" призвана непостижимым божественным участием упразднить 
"бывшее зло" ("страдания Иова", "смерть Сократа", "предательство Иуды" и т.п.), 
превратив его сверхрациональным, абсурдным образом в еще "не бывшее добро". В 
этом смысле этика Шестова может быть окончательно определена как "оправдание 
только верою еще не бывшего добра".

Этика права (П. А. Новгородцев, Л.И. Петражицкий, Е.М. Трубецкой). Философия 
права начала века существенно углубила и конкретизировала проблему соотношения 
права и нравственности, придав ей метафизическую основательность, социальную и 
психологическую конкретность. Теоретический потенциал исследования 
нравственности, столь характерный для этико-правовых учений второй половины XIX 
в., был дополнен высоким философским уровнем, а также конкретным 
социально-психологическим анализом нравственности. Особая заслуга в разработке 
этики права принадлежит П.И. Новгородцеву (1866-1924), основоположнику 
отечественной школы естественного права. В своих работах "Право и 
нравственность" (1899), "Нравственная проблема в философии Канта" (1901), 
"Мораль и познание" (1902), "Нравственный идеализм в философии права" (1902) и 
др. Новгородцев развивает идею "самостоятельности этического начала" и 
"самоочевидной абсолютности" нравственного сознания. Новгородцев переосмысляет 
естественное право в этическом ключе, определяя его как "совокупность 
нравственных представлений о праве" и как "идеальное построение будущего и 
нравственный критерий для оценки, существующий независимо от фактических 
условий правообразования". В целом концепция Новгородцева сводится к идее 
осуществления кантовского нравственного закона в социальной жизни, возможности 
его сопряжения с исторической

845

действительностью. Перспектива такого осуществления мыслится Новгородцевым в 
форме правового идеала, воплощающего в себе высшее устремление нравственного 
сознания. Проблема осуществления нравственного закона в социальной жизни, 
подводит Новгородцева к задаче синтеза сущего и должного, нравственного 
абсолюта и социальной нормы. В своих последующих работах "Кризис современного 
правосознания" (1909) и "Об общественном идеале" (1917) Новгородцев развивает 
философию автономной личности, провозглашая "веру в человеческое действие и 
нравственное долженствование" как последнюю опору духовности.

Существенное значение для развития этической науки имел сравнительный анализ 
правовой и нравственной психики, проведенный Л.И. Петражицким (1867-1931), 
основателем психологической школы права. В своих работах "О мотивах 
человеческих поступков, в особенности об этических мотивах и их разновидностях" 
(1904), "Введение в изучение права и нравственности. Эмоциональная психология" 
(1905) и особенно в двухтомной "Теории права и государства в связи с теорией 
нравственности" (1907) Петражицкий предпринимает попытку исследования специфики 
нравственных и правовых явлений с точки зрения эмоциональных реакций, 
вызываемых исполнением или неисполнением правовых и нравственных требований. Он 
исходит из той предпосылки, что специфическая природа явлений права и 
нравственности коренится не в области рационального, а в области эмоционального.
 Основное различие между правовой и нравственной психикой Петражицкий связывает 
с коренным различием функций права и нравственности. Если в области 
нравственной психики решающее значение имеет императивная функция, суть которой 
- в сознании своей обязанности, долга, то в области правовой психики 
доминирующее значение имеет функция атрибутивная, выражающая сознание своего 
права. Это и определяет в конечном счете своеобразие правовых и нравственных 
эмоциональных реакций на те или иные поступки. Так, в области нравственной 
психики в случае исполнения нравственного долга возникают каритативные, 
благожелательные и благодарственные эмоции; в случае же его неисполнения - нет 
оснований для злостно-мстительных реакций, которые обычно возбуждаются 
сознанием причинения ущерба в сфере правовых отношений. Напротив, в области 
правовой психики в случае исполнения обязанности нет оснований для проявления 
каритативных и благодарственных реакций, а в случае неисполнения вступает в 
действие "одиозно-репрессивная тенденция правовой психики". Этико-правовые 
изыскания Л.И. Петражицкого ознаменовали собой существенный прорыв в изучение 
психологических механизмов нравственности, заложив основы 
конкретно-эмоционального метода исследования нравственных явлений.

846

Вершиной философского анализа нравственности в рамках этико-правового