оправдывалось). Наемные армии насчитывали обычно несколько десятков тысяч 
солдат и офицеров. 
В начале XVI в. срок службы ландскнехта определялся тремя месяцами, а к концу 
века увеличился до одного года. По окончании договорного срока ландскнехт, как 
правило, превращался в «ожидающего» (gasdende) очередного найма. В это время он 
жил за счет местного населения, обязанности которого в отношении «ожидающих» 
правительства пытались регламентировать, чтобы прекратить грабежи. Так стихийно 
возникал своего рода запас ландскнехтов — готовых кадров для набора. По 
существу ландскнехты являлись профессиональными воинами. 
Месячное жалованье ландскнехта в XVI в. не превышало четырех гульденов. Обычно 
солдаты выставляли требование, чтобы для исчисления жалованья после каждого боя 
или штурма города начинался новый месяц. Наемники заставили французского короля 
Франциска I дать обязательство содержать их на службе не менее 10 месяцев, а 
накануне боя выплачивать жалованье за один месяц сверх положенной платы. 
Жалованье дополнялось награбленным имуществом, распределявшимся между 
ландскнехтами и их начальниками. Расчеты награбленного производило специальное 
должностное лицо — «грабежных дел мастер». 
На свое жалованье ландскнехт обязан был приобрести необходимое вооружение, 
снаряжение, обмундирование, а рейтары покупали и лошадей. Маркитанты по 
установленной таксе продавали солдатам продовольствие. Для выпечки хлеба на 
каждое подразделение имелся один хлебопек. Багаж ландскнехтов перевозил обоз, 
на десять пехотинцев или на четырех — шесть всадников полагалось по одной 
повозке. Для индивидуального обслуживания ландскнехт старался иметь слугу 
(мальчика или женщину). На случай заболевания или ранений испанские солдаты 
организовывали товарищества взаимной помощи. Интендантская и санитарная службы 
еще только зарождались. 
Наемные армии сопровождались громоздкими обозами, которые резко снижали 
подвижность войск, а в бою являлись [558] обузой. Формирование армии обычно 
начиналось с организации снабжения, имевшей весьма примитивные формы. «Начнем 
создание этого чудовища (войска) с живота», — говорил Колинси. 
Особенности формирования наемной армии в XVI в. заключались в следующем. Глава 
того или иного государства выдавал военачальнику патент на право набора войск и 
определенную сумму денег и брал с него обязательство создать войско необходимой 
численности. Главный военачальник приглашал известных ему военных специалистов 
в качестве полковников, которые в свою очередь подбирали себе капитанов, 
формировавших роты (F?hnlein). Капитаны имели лейтенантов (заместителей), 
непосредственно ведавших вербовкой ландскнехтов. В каждой роте назначался 
прапорщик (носивший ротное знамя — прапор), фельдфебель (распорядитель — 
вначале должностное лицо в полку, а затем в роте) и ротмистры (командиры 
отделений). 
Полковники и капитаны наемных войск не всегда отличались честностью, что 
отрицательно сказывалось на дисциплине ландскнехтов. Очень часто под знаменами 
оказывалось значительно меньше солдат, чем значилось в договорах. Это был один 
из источников наживы командования наемных войск. Некоторые военачальники 
старались на смотрах выставить полное число солдат за счет включения так 
называемых «пассивволантов» — переодетых мальчишек, женщин и различных 
посторонних лиц. Для борьбы с этими злоупотреблениями иногда давались 
приказания отрезать носы «пассивволантам», но и это наказание мало помогало 
делу. 
Войско состояло из полков (Regiment), которые в свою очередь составлялись из 
рот (F?hnlein); роты подразделялись на капральства, по 10 солдат в каждом. У 
немцев в полку насчитывалось от 10 до 18 рот, у испанцев — от 24 до 29 рот, а в 
роте до 400 солдат. Фактическая численность рот всегда была меньше. Полк и рота 
были административными единицами. 
Тактической единицей являлась квадратная колонна, состоявшая из рот, которая 
называлась: у немцев — масса (Haufe), «банда» (батальон); у испанцев — терция. 
Такая организация обеспечивала выполнение тактических задач в обстановке 
применения нового, более совершенного, огнестрельного оружия. Артиллерия еще не 
имела тактических единиц. 
Когда заканчивалось формирование полка, полковник производил смотр, проверял 
количество людей, соответствие их требованиям военной службы и наличие у них 
положенного вооружения. После смотра зачитывалась «артикульная грамота» 
(Artikelbrief), в которой излагались обязанности ландскнехта и дисциплинарные 
правила, обязательные для выполнения. Полковник подписывал «артикульную 
грамоту» и скреплял свою подпись печатью, а ландскнехты присягали, [559] 
обязуясь точно выполнять предъявляемые к ним требования. И полковник и его 
ландскнехты редко выполняли свои обязательства: жалованье выплачивалось 
неаккуратно, бунты ландскнехтов были обычным явлением. Основы воинской 
дисциплины, базировавшиеся на материальной заинтересованности и физическом 
воздействии, были весьма непрочны. Моральная и национальная основы дисциплины 
отсутствовали. 
В XVI в. военные теоретики Западной Европы изучали труды греческих, римских и 
византийских военных писателей, рекомендуя использовать организационный опыт 
древних армий. В 1533 г. французский король приказал формировать по провинциям 
легионы по «римскому образцу». Было сформировано семь легионов, по 6 тыс. 
человек каждый. Легион состоял из шести когорт. В когорте имелось 800 пикинеров 
или алебардистов и 200 аркебузеров. Эти формирования по существу являлись 
восстановлением организации французских вольных стрелков (аршеров). 
Попытка использовать формы организации древних армий в новых условиях была 
реакционна, так как эти формы не соответствовали новым социально-экономическим