также, что такие сеансы возможны только в полумраке и при недостаточном 
контроле. Свои собственные сеансы медиум проводил при ярком дневном свете, и 
эксперименты всегда были чистыми с научной точки зрения и проводились в 
присутствии ученых. Хоум очень скептически относился к материализации, но верил,
 что некоторые феномены были действительно уникальными: «Я вряд ли должен 
напоминать читателям, что эксперименты мистера Крукса с медиумом Кейт Кук, 
проведенные надлежащим образом, имели результатом бесспорные доказательства 
наличия феномена» (Home. 1879. P. 415).
Хоум на своих сеансах также демонстрировал материализацию человеческих 
конечностей. Сэр Уильям Крукс писал о сеансе: «Маленькая рука красивой формы 
появилась из отверстия в столе и протянула мне цветок; она появлялась и 
исчезала три раза, и я мог убедиться, что она так же реальна, как мои 
собственные руки. Это происходило у меня дома, при дневном свете, при этом я 
держал руки и ноги медиума». Крукс еще несколько раз наблюдал появление 
«ничьих» рук в присутствии Хоума, когда медиума строго контролировали 
(Carrington. 1931. Pp. 175–176).
Еще один медиум, который «создавал» различные части человеческого 
тела – Эусапия Палладино. 27 июля 1897 года астроном Камиль Фламмарион 
участвовал в сеансе Палладино в доме семьи Блеч в Париже. Как обычно, кабинет 
был подготовлен к сеансу – угол комнаты отгораживал занавес. Медиум сидела за 
пределами кабинета. В кабинете на полу стояли два подноса с глиной, один 
большой, другой маленький. Их принесли, чтобы сделать отпечаток 
материализованной руки или ноги (Flammarion. 1909. P. 68). Фламмарион и еще 
один человек держали руки и ноги медиума, таким образом исключая возможность 
обмана. Во время сеанса Фламмарион и все остальные гости почувствовали 
прикосновения и хлопки невидимых рук. Де Фонтене увидел руку, которая сняла со 
стола пачку бумаги (Flammarion. 1909. P. 72).
Во время перерыва миссис Блеч проверила подносы с глиной на полу комнаты – в 
них не было следов. Она поставила маленький поднос на круглый стол за дверью 
комнаты, а большой – на стул в комнате. Сеанс продолжился, освещение было не 
очень сильным. Де Фонтене и Фламмарион держали медиума за руки. Фламмарион 
чувствовал, как ее пальцы буквально втискиваются в его ладони. Через некоторое 
время она сказала, что все готово. Когда экспериментаторы изучили маленький 
поднос с глиной, там были отпечатки четырех пальцев в таком же положении, в 
каком находились пальцы медиума в руке Фламмариона (Flammarion. 1909. P. 74).
Потом стул в кабинете сам передвинулся ближе к миссис Блеч, затем поднялся в 
воздух и оказался прямо над ее головой, как будто стоя на ней. Большой поднос с 
глиной, который весил девять фунтов, перелетел через стол к мистеру Блеч. 
Эусапия опять объявила, что работа завершена. Блеч не чувствовал никакой 
тяжести, хотя поднос стоял у него на руках. Когда все посмотрели на поднос, там 
был отпечаток лица в профиль. Миссис Блеч подалась впереди и поцеловала Эусапию 
в щеку, но не заметила запаха глины, которая сильно пахла маслом льняного 
семени. Отпечаток лица при этом напоминал профиль Эусапии (Flammarion. 1909. Pp.
 74–75).
Фламмарион взял поднос, прошел в соседнюю комнату и поставил его на стол, чтобы 
изучить отпечаток более внимательно. Эусапия пошла вместе со всеми. Пока 
Фламмарион изучал ее лицо, она неподвижно стояла, положив обе руки на стол. 
Затем Эусапия пошла в другую комнату. Фламмарион писал: «Мы пошли за ней, не 
спуская с нее глаз, и оставили поднос на столе. Мы едва зашли в комнату, как 
она прислонилась к одной из дверей и стала смотреть на поднос. Она была очень 
хорошо освещена: от нас до нее было футов 6–10, и мы четко видели ее черты. 
Вдруг Эусапия резко вытянула руку по направлению к подносу, затем опустилась на 
пол со стоном. Мы бросились к столу и увидели возле отпечатка лица новый 
отпечаток, очень четкий, который был похож на отпечаток ее руки» (Flammarion. 
1909. P. 77).
16 ноября 1897 года Фламмарион провел сеанс с Эусапией у себя дома в Париже. 
Артур Леви также присутствовал на сеансе, полный недоверия и скептицизма. 
Эусапия и участники сеанса сели за стол, рядом в углу комнаты висел занавес. 
Леви и Джордж Мэтью держали руки и ноги Эусапии. Во время сеанса над головой 
медиума появилась рука и вновь исчезла (Flammarion. 1909. P. 89). На другом 
сеансе у Фламмариона дома присутствовали супруги Палотти. Комнату освещал 
ночник, стоявший на некотором расстоянии от стола. Два человека, мистер Бриссон 
и мистер Палотти, держали руки и ноги Эусапии. Миссис Фламмарион и миссис 
Бриссон сидели в нескольких ярдах от стола, наблюдая за медиумом. Мистер и 
миссис Палотти выразили желание увидеть свою дочь. Фламмарион писал: «За 
занавесом началось ощутимое движение. Несколько раз я видел голову девушки с 
высоким лбом и длинными волосами. Она три раза поклонилась, и мы смогли увидеть 
ее темный профиль в оконном стекле» (Flammarion. 1909. P. 128). Супруги Палотти 
говорили с ней, дотрагивались до ее лица и волос. «У меня создалось впечатление,
 что это действительно была некая сущность из тонкой энергии», сказал 
Фламмарион (Flammarion.1909. P. 128). Но он был уверен, что Палотти просто 
вообразили, будто фигура была их умершей дочерью.
Другие исследователи также наблюдали появление человеческих конечностей на 
сеансах «Эусапии Палладино. Например, миссис Фредерик Майерс писала о похожих 
на руки образованиях, исходивших из тела медиума (Gauld. 1968. Pp. 236–237). В 
другом случае миссис Стэнли также видела похожие образования. Сразу после 
сеанса миссис Майерс, которая также присутствовала, вместе с другими женщинами 
изучала одежду Эусапии, попросив ее снять практически все. Они не нашли ровным 
счетом ничего подозрительного (Gauld. 1968. P. 237). О появлении конечностей из 
тонкой материи также писал нобелевский лауреат Чарльз Рише: «Вензано увидел