Практически все, что рассказывала Сунита, оказалось правдой» (Stevenson. 1997. 
P. 470). Стивенсон перечислял факты, в которых девочка оказалась права: «Она 
была единственной дочерью; умерла в возрасте 8 лет; оба ее родителя были живы; 
бабушка по линии отца умерла, а дедушка был жив; у нее был дядя по папиной 
линии, старше отца; у нее было два брата и двоюродная сестра» (Stevenson. 1997. 
P. 487). Стивенсон также описывал привычки Суниты, такие, как вкусовые 
предпочтения и прозвища ближних, которые совпадали с привычками Шакунталы.
Члены семей Суниты и Шакунталы никогда не встречались, кроме одного случая. 
Дядя Суниты по матери, ювелир из Дели, однажды случайно встречал Прабху Дайала 
в Коте, но встреча была чисто деловой. Он никогда не был у Дайала дома и ничего 
не знал о смерти его дочери (Stevenson. 1997. Pp. 473–474). Так что 
маловероятно, что Сунита могла узнать подробности жизни Шакунталы от членов 
своей семьи.
Стивенсон посетил Коту и сам уточнил подробности смерти Шакунталы. 27 апреля 
1968 года днем девочка стояла на балконе дома во внутреннем дворе, играя с 
младшей двоюродной сестрой. У балкона были низкие перила. Ее мать, Кришна Деви, 
услышала, как она упала на цементный пол примерно с высоты пяти метров. Кришна 
Деви нашла дочь без сознания, из одного уха у нее текла кровь. Мать послала за 
мужем, который быстро вернулся из магазина. Стивенсон писал: «Прабху Дайал 
сказал, что когда он вернулся домой, то увидел, что Шакунтала разбила голову, и 
из раны шла кровь» (Stevenson. 1997. P. 474). Дайал отвез дочь в больницу в 
Коте. По записям в медицинском журнале, Шакунтала умерла спустя девять часов 
после поступления в больницу от «травмы головы» (Stevenson. 1997. P. 475).
У Суниты на голове с рождения было родимое пятно. Три дня оно кровоточило. 
Стивенсон в 1979 году сделал его фотографию и описал: «Родинка была почти 
круглой, с неровными краями, около 2,5 сантиметров в диаметре. Волосы на этом 
участке не росли, пятно слегка возвышалось над кожей, и было немного 
сморщенным» (Stevenson. 1997. P. 487). Ее родные утверждали, что ни у кого 
никогда таких родимых пятен не было.
Вспоминая период между смертью и рождением, Сунита рассказывает: «Я пошла 
наверх. Там был баба (святой человек) с длинной бородой. Они проверили мою 
запись и сказали: „Отправьте ее обратно“. Там было несколько комнат. Я видела 
дом Бога. Он очень милый. Вы даже не представляете, сколько там всего» 
(Stevenson. 1997. P. 484).
Вот краткое описание других случаев, собранных Стивенсоном. В Таиланде жила 
женщина, которая родилась с тремя шрамами посередине спины. Будучи ребенком, 
она вспоминала свою прошлую жизнь, в которой она была женщиной, убитой тремя 
ударами топора в спину (Stevenson. 1993. P. 410). Жительница Бирмы родилась с 
двумя круглыми родимыми пятнами на груди, которые были частично наложены одно 
на другое, и одно было больше. В детстве она помнила, что в прошлой жизни ее 
убили двумя выстрелами из ружья. Согласно рассказам очевидцев убийства, ружье 
было заряжено двумя разными по размеру пулями (Stevenson. 1993. Pp. 410–411). 
Там же, в Бирме, родилась девочка с длинным вертикальным родимым пятном, 
которое шло от нижней части груди и до верхней части живота. Она вспоминала, 
что в прошлой жизни была сестрой кого-то из своих нынешних родителей. Та 
женщина умерла во время операции на сердце. Стивенсон читал медицинское 
заключение и обнаружил, что шрам от разреза во время операции совпадал с 
родимым пятном (Stevenson. 1993. P. 411). Он писал: «Двое жителей Бирмы помнили,
 как в предыдущей жизни умерли от укуса ядовитых змей, и родинки у каждого из 
них соответствовали местам укусов на телах тех людей, которыми они себя 
помнили» (Stevenson. 1993. P. 411). Турецкий мальчик родился с деформированным 
правым ухом, и правая сторона лица была сформирована хуже левой. Мальчик помнил,
 как в прошлой жизни был мужчиной, который был убит выстрелом из ружья в голову.
 Стивенсон проверил информацию об этом мужчине, изучил медицинское заключение и 
обнаружил, что тот умер в больнице через шесть дней после ранения, и что 
выстрел был в правую часть головы (Stevenson. 1993. P 411).
В Индии родился ребенок с укороченными пальцами на одной руке. Он помнил себя в 
прошлой жизни ребенком, который засунул руку в работающий механизм 
сельскохозяйственной машины и потерял пальцы. Стивенсон отмечал, что в 
большинстве случаев, когда дети рождаются с обрубками пальцев, кости все равно 
сохраняются. Обычно укорочена бывает только кость среднего пальца. Но в этом 
случае костей не было совсем. Случаи, когда от рождения поражены пальцы только 
одной руки, также достаточно редки. Стивенсон не мог найти ни одного подобного 
случая в медицинской литературе (Stevenson. 1993. P. 411). Девочка из Бирмы 
родилась без нижней части правой ноги. Стивенсон писал, что «она помнила себя 
девочкой, которая попала под поезд. Очевидица события рассказала, что девочку 
задавил поезд, переехав сначала ее правую ногу, а потом само туловище…» 
(Stevenson. 1993. Pp. 411–412)
Можно предположить, что дети, которые могут рассказать о происхождении родимых 
пятен, могли придумать эти истории. Но во многих случаях Стивенсон находил 
документальные подтверждения их словам в медицинских свидетельствах о смерти и 
в сообщениях очевидцев.
Стивенсон предлагал следующее объяснение такому феномену: «Я считаю, что в 
описываемых мною случаях очевидно влияние умершего человека на эмбрион ребенка, 
и, в большинстве случаев, ребенок под этим влиянием вспоминает события из жизни 
умершего человека… также эти случаи говорят о связи сознания и тела и о том, 
что сознание не умирает вместе с телом. Они говорят и о том, что физические 
особенности умершего человека могут повлиять на формирование того ребенка, 
который помнит себя в теле этого человека. И, наконец, они говорят о том, что 
память умершего человека продолжает функционировать в период между его смертью