[921]
принадлежащей перу Теодора (Вениамина Зеева) Герцля (1860–1904) — журналиста, 
писателя и драматурга из Будапешта. Герцль стал основателем Всемирной 
сионистской организации. В книге были сформулированы обязанности евреев, 
природа антисемитизма и взгляд Герцля на будущее еврейского государства. В 
числе его предложений была и идея о том, чтобы богатые евреи давали деньги 
турецкому султану с тем, чтобы тот позволял бедным еврейским семьям селиться в 
Палестине. Эта книга вдохновила целое поколение евреев, особенно тех, которые 
влачили невыносимое существование в России и Восточной Европе. Несомненно, 
книга Герцля оказала сильное влияние на подъем идеалов сионизма среди евреев во 
всем мире, многие из которых прежде уклонялись от поддержки этих взглядов, хотя 
и чувствовали, что им лучше покинуть страны, где они оказались волею судьбы.

А еврейским переселенцам в Палестину, многие из которых не разделяли взгляды 
Герцля на будущее еврейское государство, приходилось вести борьбу за 
существование. Колонии, которые в большинстве своем занялись сельским 
хозяйством, оказались на грани краха. Они страдали от нехватки средств и 
поддержки спонсоров, и программа освоения новых территорий вскоре оказалась под 
угрозой. Эти вопросы обсуждались в 1897 г. на Первом сионистском конгрессе, 
проходившем в Базеле (Швейцария), и барон Эдмонд де Ротшильд (1845–1934), глава 
французской ветви дома Ротышльдов, решил взять их под покровительство. Вместе с 
ведущими еврейскими банкирами он учредил Еврейский колониальный трест — первый 
банк, финансировавшийся сионистами, через который Ротшильд начал скупать 
обширные территории в Палестине и передавать их новым переселенцам, постоянно 
прибывавшим в Землю Обетованную.

Однако на рубеже XX в. предполагаемое местоположение новой еврейской автономии 
еще не было определено. В 1902 г. Невилл Чемберлен, министр по делам колоний, 
предложил евреям Великобритании возможность создать свою новую родину в… Уганде,
 тогдашней части Британской Восточной Африки. Это неожиданное предложение 
обсуждалось и было отвергнуто на следующий год на Шестом сионистском конгрессе. 
Сионисты настаивали, что единственным их отечеством может стать лишь Сион, 
современный Иерусалим, где царь Давид учредил столицу царства Израиля, а его 
сын Соломон примерно три тысячи лет назад воздвиг первый Храм. Хорошо известная 
еврейская поговорка: «Если я забуду тебя, Иерусалим, забудь меня, десница моя»,
[922]
взятая из псалма 136, звучит как клятва, что евреи никогда не смирятся ни с чем 
иным, кроме возвращения своего законного наследия предков — земель Палестины. 
Из нее их праотцы были изгнаны в горестное рассеяние после захвата Иерусалима 
римлянами в 70 г. и разрушения Храма.


Первая встреча

Поначалу премьер-министр Великобритании, консерватор лорд Бельфур, был задет 
отказом сионистов принять предложение обосноваться в Уганде и решил побольше 
узнать об их стремлениях. Хотя у него не было формальных контактов с еврейской 
общиной Великобритании, Чарльз Дрейфус, председатель отделения консервативной 
партии в Манчестере, был одновременно и председателем манчестерского 
сионистского общества. Он рекомендовал лорду Бельфуру вступить в контакт с 
Хаимом Вейцманом (1874–1952), ведущим российским сионистом, который недавно 
поселился в Манчестере и занимал должность лектора по неорганической химии в 
Манчестерском университете. Это привело после отставки кабинета Бельфура в 
1906 г. к первой встрече двух видных деятелей, которые в последующие годы стали 
ключевыми фигурами в деле создания еврейской национальной автономии.
На ломаном английском Вейцман проинформировал британского государственного мужа 
об ужасных жестокостях, проявленных в отношении его народа царскими войсками в 
России и побудивших еврейских лидеров искать путей возвращения на свою 
историческую родину. Далее он от лица всех евреев выразил уверенность, что рано 
или поздно они вновь ступят на землю Палестины — причина, препятствовавшая им 
пускать корни в любой другой земле.

Вейцман старался излагать свои идеи в наиболее доступной форме. «Мистер Бельфур,
 — сказал он, — если вам предложат Париж вместо Лондона, разве вы примете его? 
Неужели вы взяли бы Париж вместо Лондона?» Удивившись и не вполне понимая смысл 
подобной аналогии, Бельфур смог лишь возразить: «Но Лондон — это наш город!» На 
что Вейцман отвечал: «Иерусалим был нашим, когда Лондон еще был болотом».
[923]
Эти слова убедили Бельфура в правоте дела сионистов. Хотя они с Вейцманом не 
виделись вплоть до 1916 г., впечатление от первой встречи навсегда осталось в 
его памяти и, бесспорно, было в числе мотивов, побудивших его подписать 
Декларацию Бель-фура.


Переселение евреев

Вейцман был удивлен и обрадован теплым, сердечным приемом, который оказал ему 
лорд Бельфур, один из влиятельнейших государственных мужей Великобритании, хотя 
он и понимал, что Британия не в силах ничего предпринять, ибо Палестина в 
последние четыреста лет находилась под контролем Турции. Но и это не остановило