Мы доложили ему уже составленный нами проект, который с небольшими поправками 
был подписан. В директиве говорилось о капитуляции в Реймсе и приказывалось: 

"1. Издать обращение от фронта к немецким войскам и их командованию с 
изложением факта подписания немцами акта военной капитуляции и распространить 
это обращение к вечеру 8 мая как через радио, так и листовками с предложением 
сложить оружие. 

2. После 23 часов 8 мая, т. е. утром 9 мая, потребовать от командования 
противостоящих вам немецких войск прекратить военные действия, сложить оружие и 
сдаться в плен. 

3. Если немецкие войска не выполнят вашего требования, не сложат оружия и не 
сдадутся в плен, всеми силами нанести решительный удар по противостоящим 
немецким войскам и выполнить задачи, поставленные Ставкой для каждого фронта...
" 

Документ был подписан в 22 часа 35 минут 7 мая. 

Перед полуночью пришло сообщение из штаба Эйзенхауэра, что из Фленсбурга, где 
работало, организуя капитуляцию немецко-фашистских войск, верховное 
командование теперь уже поверженного противника, должен лететь немецкий самолет 
в Курляндию с приказами о капитуляции блокированных там войск. Другая связь не 
работала. Нужно было пропустить самолет, чтобы его не сбили. 

Вслед за этим из управления специальных заданий сообщили, что Эйзенхауэр 
направляет в Берлин для принятия капитуляции Германии маршала авиации Теддера - 
заместителя командующего экспедиционными войсками союзников - и 10 офицеров 
штаба. С ними летело 11 корреспондентов и фоторепортеров. На тех же самолетах 
следовали в Берлин для подписания акта о безоговорочной капитуляции Кейтель, 
Фридебург, Штумпф и еще три германских офицера. 

Нужно было давать распоряжения о пропуске и этих самолетов. 

Конечно, шла также обычная для военного времени оперативная работа. Ее 
по-прежнему было много. Но до чего же радостно было все это делать!.. 

...Та ночь казалась удивительно короткой и не похожей на другие. О сне не могло 
быть и речи. Все ждали. И все мыслями были там, в Карлсхорсте, где в эти часы 
заканчивались последние приготовления к подписанию капитуляции Германии. 

Ровно в полночь в зал бывшего военного училища прибыли Маршал Советского Союза 
Г. К. Жуков, А. Я. Вышинский, В. Д. Соколовский, К. Ф. Телегин, другие 
советские генералы и офицеры; представители союзного командования - маршал 
авиации британских вооруженных сил Артур В. Теддер, командующий стратегическими 
воздушными силами США генерал Спаатс и главнокомандующий французской армией 
генерал Делатр де Тассиньи. Все сели за столы. 

Г. К. Жуков открыл заседание и приказал пригласить в зал представителей 
немецкого главного командования - генерал-фельдмаршала Кейтеля, 
генерал-полковника Штумпфа, адмирала флота Фридебурга. Послe короткой проверки 
полномочий немецкая делегация в первые минуты начавшегося дня 9 мая 1945 г. 
подписала Акт о военной капитуляции фашистской Германии. Акт, который уже 
юридически признавал полное военное поражение гитлеровского рейха... 

На процедуре подписания Акта о капитуляции присутствовал и И. А. Суслопаров. 
Только здесь он узнал, что Сталин лично по телефону сообщил Вышинскому, что не 
имеет претензий к действиям Суслопарова в Реймсе. 

Капитуляция немецко-фашистских войск началась и на фронтах. Однако более 
миллиона солдат групп армий "Центр" во главе с Ф. Шернером и "Австрия" под 
командованием Л. Рендулича складывать оружие перед Красной Армией не собирались.
 Дёниц фактически им потворствовал, не принимая никаких мер к нарушителям 
условий капитуляции. 

Шернер, считавшийся мастером горной войны, свой саботаж капитуляции прикрывал 
ссылками на то, что ему мешают чешские повстанцы. Они, мол, постоянно нарушают 
телефонные линии, перехватывают посыльных, передающих приказы войскам, и тем 
самым делают невозможным проведение планомерной капитуляции. Шернер просил 
Дёница срочно воздействовать на союзников, чтобы повстанцы тотчас же прекратили 
свои нападки на немецкую армию, незамедлительно освободили радиостанции и тем 
самым дали бы ему, Шернеру, первую предпосылку для выполнения приказа о 
капитуляции. 

Идея нажима на наших западных союзников, чтобы облегчить своим войскам отход за 
их линию фронта, была немедленно воспринята правительством Дёница. Уже утром 8 
мая Йодль направил Эйзенхауэру телеграмму с докладом, что проведение 
капитуляции в Чехословакии затруднено, поскольку повстанцы этому мешают: 
прерывают телефонную связь, перехватывают посыльных. Он, Йодль, просил 
союзников, чтобы радиостанции, находящиеся в руках восставших, были