У каждого человека в зависимости от его знаний, опыта, характера образуется 
свой, свойственный ему, стиль работы, т. е. определенная система способов, 
приемов и порядка работы, которые позволяют выполнить ее с наивысшим качеством 
и в кратчайший срок. Есть такой стиль и у любого органа управления, в том числе 
у штаба. В основе его должен лежать ленинский стиль работы, творчески 
применяемый к военному делу, и управлению войсками в особенности. В годы войны 
требования к стилю работы штабов были особенно жесткими. 

Опыт службы позволяет сказать, что советские генштабисты изжили 
неорганизованность, волокиту, бюрократизм и другие подобные признаки плохой 
работы. И всегда на первом месте у них стояли политическая убежденность, 
коммунистическая идейность, широкая общая эрудиция каждого работника штаба и 
всего коллектива в целом. Именно эти качества определяли и стиль работы. 
Твердая уверенность в правоте политики партии, верность ее идеям, советский 
патриотизм - вот те краеугольные камни, которые определяли облик красного 
командира, любого офицера нашей армии. Они были и остаются залогом того, что 
человек может отдать делу, которому он служит, все свои силы, способности, а 
если нужно - и жизнь. 

Штабным офицерам доверено решение важных задач, в Генштабе - тем более. Они 
выполняют ответственную работу, от их политического лица и морального облика 
зависит многое. Думаю, нет надобности пояснять, почему не может быть места в 
штабе нытикам, болтунам, тем, у кого чувства превалируют над рассудком, лицам, 
склонным к водке и чужим юбкам. Все это не значит, конечно, что на штабной 
работе могут быть исключительно аскеты, далекие от жизни. Но жизнелюбие и 
распущенность - понятия разные. 

Практика свидетельствует, что работа в штабе предъявляла ранее и предъявляет 
ныне некоторые специфические требования к людям. В состав штаба, например, 
должны подбираться лица, не только хорошо знающие военное дело этого 
недостаточно,- а широко эрудированные и к тому же с аналитическим мышлением. 
Конечно же, наши командиры, обладающие этими качествами, как правило, 
становились и отличными штабными работниками. Но можно привести немало примеров,
 когда хороший командир полка или дивизии волею судеб попадал в штаб и 
оказывался не на месте. У некоторых товарищей просто не хватало усидчивости и 
терпения - важных качеств для работника штаба, динамика действий которого 
должна выражаться прежде всего в его мыслях. Иному человеку бывает трудно 
сменить полигоны, танкодромы и поля учений на стол, бумагу и карту. Одним 
словом, надо считаться со спецификой штабной службы. 

Нам, советским людям, а тем более коммунистам, известно, что одним il? 
важнейших признаков правильного стиля работы является высокая партийная 
принципиальность, то есть умение и способность при решении любого вопроса 
последовательно руководствоваться политикой партии, исходить из интересов 
нашего общего дела. 

Принципиальность означает также умение видеть главное, смотреть в корень, не 
размениваться на мелочи, не давать захлестывать себя текучке, ориентироваться 
на новое, не плестись в хвосте событий. Принципиальный офицер всегда тверд в 
своих взглядах. Решая любой вопрос, он исходит только из интересов дела. Такой 
офицер самокритичен и справедлив, непримирим к недостаткам и послаблениям. Не 
годится, если, скажем, офицер-специалист вольно или невольно преувеличивает 
значение своего рода войск, а направленец - войск своего направления. Такой 
офицер, как правило, не может сделать объективного вывода. Его опасно посылать 
для контроля, поскольку он не может смотреть на факты беспристрастно. Надо ли 
говорить, что такие работники в штабе не приживались. В первой книге шла речь 
об офицерах Генерального штаба, которые находились на фронте от дивизии и выше. 
Это, как правило, были принципиальные люди. Но пока складывался их коллектив, 
некоторые были отчислены, главным образом из-за того, что смотрели на события и 
факты чужими глазами и оценивали их так, чтобы не было расхождений с мнением 
местного командования. Или, что еще хуже, пытались "держать нос по ветру". 

К счастью, таких было немного. В годы войны офицеры Генерального штаба 
заслужили признание. Еще раз сошлюсь на такой пример. Подполковник Н. В. 
Резников не побоялся правдиво доложить в Генеральный штаб о неправильных 
действиях командарма генерал-лейтенанта В. Н. Гордова. По его докладу на 
Западный фронт выезжала специальная комиссия Государственного Комитета Обороны, 
в состав которой входил и автор этих строк. Доклад Резникова не только 
подтвердился, но и позволил вскрыть массу новых недостатков. По результатам 
работы комиссии было принято специальное постановление ГКО с оценкой 
деятельности войск Западного фронта и серьезными организационными выводами. 

Высокое качество работы всегда служило мерилом подготовки генштабистов, хотя, 
как известно, точных критериев здесь нет и не может быть. Офицер штаба не 
производит материальных вещей, на которые существуют установленные стандарты и 
допуски. Он не создает и таких технических или духовных ценностей, как 
изобретение, инженерное сооружение или литературное произведение... 
Значительная часть, если не большинство офицеров крупного штаба даже не выдают 
командованию готовой продукции, а являются лишь участниками процесса