работы, хотя она проводилась разными национальными штабами и проходила в местах,
 удаленных друг от друга на многие сотни, а иногда и тысячи километров. 
Достигалась эта целеустремленность в значительной мере благодаря большой 
активности А. И. Антонова и Н. В. Корнеева. Они отлично знали и понимали друг 
друга еще с Академии Генерального штаба (учились вместе). Как только Корнеев 
получил возможность связываться из Крайовы по ВЧ непосредственно с советским 
Генштабом, он не замедлил этим воспользоваться. Алексей Иннокентьевич изложил 
начальнику военной миссии суть соображений Генштаба по разгрому противника под 
Белградом и попросил его согласовать их с Верховным штабом НОАЮ, что и было 
сделано. Верховный штаб с одобрением отнесся к мнению советского Генштаба и 
передал необходимые распоряжения командующему 1-й армейской группой 
генерал-подполковнику Пеко Дапчевичу, который со своим штабом работал над 
планом действий под Белградом войск НОАЮ. 

30 сентября командование 3-го Украинского фронта доложило в Генеральный штаб 
свои соображения, тоже согласованные заранее с руководством НОАЮ. Цель 
совместной советско-югославской операции состояла в том, чтобы ликвидировать 
группировку войск противника в северо-восточной Югославии, захватить важнейшие 
узлы дорог, отрезать врагу пути отхода из центральной и южной части Югославии 
на север в Венгрию и, наконец, освободить Белград. 

Для решения этих задач 3-й Украинский фронт выделял 57-ю армию генерала Н. А. 
Гагена и 4-й гвардейский механизированный корпус под командованием генерала В. 
И. Жданова. С воздуха операция обеспечивалась силами 17-й воздушной армии. 

Нашим войскам непосредственно противостояла гитлеровская армейская группа 
"Сербия", которая имела в первой линии до четырех дивизий, в том числе одну 
моторизованную. В ходе операции предполагался подход еще двух дивизий из района 
Ниша и некоторых сил из состава греческой группировки войск противника. Штаб Ф. 
И. Толбухина допускал возможность сосредоточения в полосе наступления 57-й 
армии до десяти-одиннадцати дивизий врага. Поэтому Военный совет 3-го 
Украинского фронта высказывал пожелания, чтобы НОАЮ оттянула на себя часть 
немецко-фашистских войск и преградила им путь на север, связала войска 
фашистских прихвостней Недича и Михайловича южнее и юго-западнее Белграда. При 
возможности югославским войскам предлагалось захватить Ниш. Все эти соображения 
были переданы через Н. В. Корнеева в Верховный штаб НОАЮ, который поставил 
задачи своим войскам. 

Планы Ф. И. Толбухина относительно наступления на Белград опирались на точнее 
знание реальной обстановки. Он учитывал, что войска 57-й армии прочно 
закрепились на правом берегу Дуная в районе болгарского города Видин и день и 
ночь готовились к новому броску вперед. Севернее Видина в излучине Дуная 
успешно завершил тяжелые оборонительные бои 75-й стрелковый корпус, отбив все 
попытки врага отбросить его назад. Теперь это соединение передали из 2-го 
Украинского фронта в состав 57-й армии. 

Поскольку горная местность не допускала сведения советских войск в единый кулак 
и вынуждала наступать по направлениям, Ф. И. Толбухин предложил весьма 
своеобразное решение: иметь главные силы (64-й стрелковой и 4-й 
механизированный корпуса со средствами усиления) на левом крыле армии в районе 
Видина для удара в направлении Заечар, Болевац, Чуприя, Баточина, зап. Паланка. 
Войска должны были разгромить основную группировку сил армейской группы 
"Сербия" и отсечь ее остаткам путь отхода к Белграду. Одновременно другие 
советские войска наступали бы вдоль Дуная на Белград (75 ск) и в центре фронта 
(68 ск) - в направлении Слатина, Жагубица, Златово. На случай задержки 
наступления на одном из направлений предусматривалась взаимная помощь корпусов. 
С выходом войск на Мораву и после ее форсирования возникала возможность 
повернуть основные наши силы непосредственно на Белград, взятием которого 
завершалась операция. На этом этапе операции наши войска должны были наступать 
плечом к плечу с войсками НОАЮ. Что касалось войск Болгарии, то Ф. И. Толбухин 
предусмотрел для них задачу связать противника перед своим фронтом. 

Генеральный штаб принял во внимание соображения Военного совета 3-го 
Украинского фронта как, в основном, правильные. Однако Генштаб считал 
необходимым привлечь к операции еще и 10-й гвардейский стрелковый корпус 46-й 
армии 2-го Украинского фронта. Командовал им генерал Иван Андреевич Рубанюк. 
Войска корпуса могли бы нанести поражение противнику в районе Врашаца и 
подорвать устойчивость вражеской обороны севернее и восточное Белграда. Не 
согласились с Толбухиным и в отношении болгарских войск. Поскольку было 
известно, что главком Болгарии считал возможным наступать, то и Генеральный 
штаб, докладывая план действий на Белград в Ставке, предложил не ограничивать 
задачи болгарской армии обороной, а предусмотреть ее наступление. 

Ставка согласилась с Генштабом, но в отношении болгарской армии предложила не 
форсировать событий, пока не будет достигнута всесторонняя и полная 
договоренность с болгарским и югославским командованием. Толбухину же приказали 
начать наступление 13-14 октября, когда должно было закончиться сосредоточение 
войск, участвующих в операции. Любая затяжка сроков давала бы противнику время 
для подвода в район Белграда новых сил и укрепления обороны. В директиве Ставки,
 посланной командующему 3-м Украинским фронтом, говорилось: "Свяжитесь с Тито в