библиотечный день раз в неделю. Мой тесть в 1952 году на студенческую стипендию 
мог пойти в «Националь». Профессора же располагали и автомобилями, и прислугой. 

В 1942-м гитлеровский министр вооружений Альберт Шпеер посетил Днепропетровск — 
будущую нашу кузницу ракетной технологии. (Которую — о черт! — мы потеряли с 
распадом Империи). Немец уехал пораженным: такого обилия институтов и 
техникумов он не видел даже в насквозь машинизированной Германии. 
Вот почему сталинская эпоха подобна взрыву сверхновой звезды, на затухающем 
импульсе которого мы двигались почти сорок лет. При Сталине старались следовать 
принципу: чем больше учишься, чем большую квалификацию получаешь — тем выше 
твое положение в имперской иерархии, тем ты богаче. 
Но дальше пришел Хрущев, который осуществил программу Троцкого, этого типичного 
сионского демагога. Он срезал заработки классу квалифицированных людей, а 
Брежнев только усугубил эту идиотскую тенденцию. Горбачев унаследовал от них 
идиотскую систему, при которой хирург зарабатывал впятеро меньше шахтера, а 
буфетчица жила лучше, чем инженер космической индустрии. В 1970-е мальчишка, 
освоив за месяц профессию сборщика радиоаппаратуры, мог получать 500 рублей в 
месяц. Тогда как вдвое более сложный труд сборщиков сложного оборудования, 
инструментальщика или ремонтника ценился вдвое дешевле. В 1930-е попытки 
уравнять в зарплате рабочего и мастера считалось «контрреволюционным 
преступлением», а в 1970-е мастер получал меньше своих подчиненных. Начальник 
конструкторского бюро, некогда — элита Сталина, тогда зарабатывал 150 рублей в 
месяц, хирурги — в среднем 110 рублей. 
Вот — одна из причин крушения Империи. Книжка технократов гласит: 
«Древнеримский писатель на вопрос о причинах упадка Рима сказал: городу, где 
осел стоит дороже раба, уже ничто не поможет. Страна, где скальпель хирурга 
стал цениться впятеро меньше паяльника подмастерья, где в век 
научно-технической революции инженер получал меньше рабочего — такой стране 
предначертано было повторить участь Древнего Рима». 
Горбачев в 1986 году выбросил лозунг ускорения и достижения в кратчайшие сроки 
мирового уровня в гражданской промышленности. Казалось, для этого есть 
колоссальный запас технологий. Но опереться в этой запланированном «грандиозном 
скачке» ему, в отличие от Сталина, было не на кого — люди Меча и Молота были 
унижены, задвинуты и озлоблены. Горбачев не сделал ничего для восстановления 
здоровой иерархии. Озлобленные инженеры и ученые поддержали 
авантюристов-дерьмократов, наивно думая, что те расставят все по местам. 
(«Расставили» — ввергли квалифицированный слой в полную нищету). Одновременно 
демагогов поддержал зажравшийся при Брежневе пролетариат, нахватавшийся пианин, 
харнитуров и тачек — ему хотелось импортных видиков, шмоток, тряпок. 
Вот почему мы говорим: рывок был возможен. И потому нашу проклятую «элиту» 
хочется сгрести в кучу, словно колоду старых засаленных карт, и выбросить ее в 
печь. С этой «элитой» нам не светит ничего, будь то Чубайс или Лужков. Не слова 
их нам важны — дела. А дела их таковы, что кумаховы и кулибины нынче на Руси 
гибнут, а сама страна уже скатилась на роль рабыни, мусорного ведра для Запада! 

ВМЕСТО ЭПИЛОГА. ОТ «СЛОМАННОГО МЕЧА» — К «ВОЛЕ ЯДЕРНОГО ПРАВОСЛАВИЯ»
Вот мы и закончили нашу книгу-расследование на тему: «кто проигрывал Третью 
Мировую, холодную войну, кто мог пасть в гонке вооружений?». В небесах, в 
космосе и на море именно мы, русские, имели все шансы на победу. И при этом мы 
лишь отдельными мазками сумели набросать величественные очертания так и не 
оформившейся нашей Империи. 
Когда-то давно, в 1978-м, когда я мальцом попал в Москву, мне весь первый день 
хотелось плакать. Я представлял себе столицу белоснежным, сверкающим городом из 
стекла и металла, чистым до стерильности. А мне из окна больничной палаты 
открывался грязный двор с помойкой. И зареветь я был готов от разочарования. 
И вот теперь мне тоже почти до слез обидно. Оказывается, я жил в Союзе, но не 
видел ничего, кроме грязного двора. Думая подчас, что этот двор — и есть вся 
великая страна. Мне обидно за то, что от меня прятали что-то огромное, 
сверкающее и завораживающее. Оставив ныне для исследования только жалкие 
обломки да остатки. 
Но это так, личное. Теперь, когда Вы прочли первую книгу, дорогой мой 
собеседник, Вы поймете меня. И то, почему в нашем кругу власть имущих считают 
предателями. Страна в 1985-м действительно стояла у дверей в совершенно новый 
мир силы и богатства. Но нас отбросили от них, предательски всадив нож в спину. 
Эти старые плешивые трутни с отвислыми брюхами ударили по тем, кому сегодня 
тридцать и менее лет. Мой отец, родившийся в 1943-м, как-то сказал: «Мне стыдно 
за свое поколение.» Нет, батя, ты все же заложил в меня способность думать… 
Держава обладала огромными «залежами» технологий и целой армией высших людей. 
Опрокинув Штаты в гонке вооружений, русские могли сбросить страшное военное 
давление на экономику и выбрать из массы технологий самые важные, сделав на них 
ставку. И нам было из чего выбирать. Мы могли построить сильнейшую 
технократическую и высокотехнологическую Державу, приступив к «рекультивации», 
к возрождению здоровой основы народа. Воспитывая воинскую аристократию, и не 
стесняясь наших заслуг в войнах. Мы устанавливали на планете прочный мир вместо 
нынешней кровавой каши, и вскоре воинские подвиги наши перелились бы в 
титанический порыв — в освоение океанских глубин и космического пространства, в 
создание расы людей разумнейших, будущего человечества. 
Мы рухнули лишь из-за продажности и разъязвленности правящих верхов. Причина 
нашей национальной катастрофы — нематериальна. Она коренится в утрате Духа, 
здоровой иерархии и наследия предков.