дивизии - в полосе 92-го стрелкового корнуса. 

Утром 27 января наступление развернулось по всей линии вражеской обороны вокруг 
города. Однако наступавшие части сразу "увязли", с трудом преодолевая 
многочисленные заграждения и сопротивление фашистов, засевших в дотах. Успешнее 
продвигались части 16-й Литовской дивизии. Ее 156-й и 249-й стрелковый полки 
настойчиво расчищали себе путь к городу. Подойдя к мощным опорным пунктам врага,
 они окружили их и овладели ими ударом с тыла. 

В 156-м полку успех атаки обеспечили умелые и дерзкие действия стрелковой роты, 
которой командовал лейтенант Нарбутас. В этом бою он был смертельно ранен. 
Подразделения 249-го полка, овладев в ходе ожесточенной рукопашной схватки 
опорным пунктом, по льду форсировали реку Данге и первыми пробились к окраине 
города. 

С ходу ворваться в город части не смогли: враг оказывал сильное огневое 
сопротивление. В 18 часов оба полка после 10-минутного огневого налета 
поднялись в атаку, но понесли потери и отошли назад. И снова умелые действия 
воинов двух батальонов 249-го стрелкового полка обеспечили успех. Они под 
покровом темноты проникли в промежутки между огневыми точками и завязали бой в 
тылу. Перепуганные гитлеровцы стали спасаться бегством. Командир 249-го 
стрелкового полка бросил в преследование 1-й стрелковый батальон, который в 3 
часа ночи ворвался в город. Узнав об этом, генерал П. Ф. Малышев приказал 
продолжать ночной бой всем наступавшим частям. Противник открыл массированный 
артиллерийский огонь с косы Курише-Нерунг и беспрерывно контратаковал 
небольшими силами пехоты и танков. 

Утром 167-й стрелковый полк 16-й Литовской дивизии под командованием майора И. 
В. Баранова разгромил группировку фашистов, оборонявшую вокзал, и в 5 часов 30 
минут первым вышел к заливу. К тому времени и другие дивизии 19-го и 92-го 
стрелковых корпусов ворвались в город и к 8 часам 28 января ликвидировали там 
последние очаги сопротивления. Над Клайпедой взвился алый советский флаг. 
Находившиеся на командном пункте 4-й ударной армии руководители 
Коммунистической партии и правительства Советской Литвы вместе со мной и 
генералом П. Ф. Малышевым направились в освобожденный город. 

Часть войск вражеского гарнизона, пытавшаяся спастись морем, попала под удар 
торпедных катеров и морской авиации. На дно пошло более сотни различных мелких 
судов и два крупных транспорта, на которых стремились удрать фашисты. Досталось 
и боевым кораблям, которые их прикрывали. Два миноносца были серьезно 
повреждены. Словом, моряки-балтийцы снова хорошо помогли нам. 

Когда мы доложили А. М. Василевскому о результатах боев за Клайпеду, он сказал: 


- С этой группировкой противника, можно считать, покончено. Теперь все усилия 
надо сосредоточить на Курляндии. Снимайте из района Клайпеды все, что можно, и 
перебрасывайте на лиепайское направление. 

Штаб 4-й ударной армии, подведя итоги операции, долее о том, что в ходе боев за 
Клайпеду фашисты потеряли только убитыми около 5 тысяч солдат и офицеров, кроме 
того, они лишились 40 танков, 70 орудий, 188 минометов, более 180 пулеметов, 48 
паровозов, свыше 1400 вагонов и платформ и многих других видов техники и 
военного имущества. 

...В первых числах февраля основные соединения 4-й ударной армии приняли 
участок, занятый ранее войсками 51-й. Таким образом, мы собирались начать 
очередное наступление уже силами трех армий. 

В эти дни мы расстались с А. М. Василевским, которого Ставка отозвала в Москву. 
Свыше полугода Александр Михайлович делил с нами все трудности фронтовой жизни 
с ее повседневными опасностями. Он с присущим ему тактом твердо направлял 
действия трех фронтов к достижению целей, которые Ставка Верховного 
Главнокомандования ставила перед ними. 

Мы уже привыкли, что в трудную минуту можем посоветоваться с человеком, 
облеченным Ставкой большой властью, и без излишних проволочек добиться 
одобрения решения, принятие которого диктовалось быстро менявшейся обстановкой. 
Вот почему мы с особой теплотой и нескрываемым огорчением провожали А. М. 
Василевского. Его отъезд окончательно убедил меня в том, что Ставка считает 
дело с блокированными в Курляндии фашистскими армиями в принципе решенным, 
поэтому держать там начальника Генерального штаба не видит необходимости. 

Для координации действий 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов прибыл командующий 
войсками Ленинградского фронта Маршал Советского Союза Л. А. Говоров. О его 
прибытии я узнал от А. И. Еременко. Он позвонил мне в полдень 4 февраля и, 
поздоровавшись, сказал шутливо: 

- К вам едет ревизор, готовьтесь! - А затем, перейдя на серьезный тон, пояснил: 
- Товарищ Говоров через пару часов будет у вас.