службы с
1925 по 1928 год Паймук учился в техникуме и Промышленно-экономическом 
институте,
после чего вернулся в Чувашию. В сентябре 1941 года он был мобилизован в РККА, 
где в
звании старшего лейтенанта занимал должность полкового инженера. Попав в плен, 
Паймук
прошел через ужасы Шепетовского лагеря, затем был переведен в Польшу. 
Дальнейший его
путь лежал в лагерь пропагандистов в Вустрау. Здесь Паймук был привлечен к 
работе в
Татарском посредничестве Х. Унглаубе. К этому времени здесь уже работал чуваш 
Иван
Скобелев.
Пайм
ьманские религиозные обряды легионеров православного вероисповедания. По
свидетельству современника «Два раза Паймук проводил беседы с чувашами, мордвой,
 мари,
удмуртами. Здесь он утверждал, что их предки казанскими татарами 
эксплуатировались и
подвергались издевкам во сто крат более, чем при покорении их русским царизмом, 
и что
татарские мурзы отнимали у них лучшие земельные угодья, леса и прочее. Эту 
беседу
подслушали татары и донесли Султану (секретарь Шафи Алмаса. Ч.С.), а тот вместе 
с
фельдфебелем Салеховым пытался за это арестовать неосторожного чуваша… На 
допросах в
МГБ Паймук говорил, что не дали ему работу в комитете из-за возражения татар, 
так как он
восстанавливает чувашей, мордву, мари и удмуртов против татар. После этого
военнопленный ходил в Восточное инист рс во и был направлен в дом отдыха для
легионеров туркестанцев и кавказцев…»
После возвращения в Берлин немцы
сульман «За национальную свободу». Не являясь профессиональными журналистами,
Паймук и его коллеги Скобелев и Кадеев кроили русскоязычную газету из уже 
готовых
материалов, предлагая своим читателям в основном исторические публикации. На
послевоенны допросах в МГБ Паймук сообщал, что «…из 15 выпущенных им номеров
газеты лишь 6 имели передовицы, подтасованные и окрашенные кое-как в 
национальные
тона, так как мы не умели писать, не имели газетного опыта и достаточной 
подготовки. Мы и
не ставили, откровенно говоря, задачи пропагандировать в них национальные идеи, 
все были
недостаточно развиты и не подготовлены к пониманию каких-либо национальных 
задач».
В марте 1944 года по указанию Унглаубе Паймук не был допущен на курулт
ния которого были напечатаны только в татарской газете, а Паймук в своей газете
поместил выдержки из речи Ивана Скобелева. Чувашскими легионерами Паймук был
включен в состав президиума «Союза борьбы», но Унглаубе и Шафи Алмас не 
утвердили его
кандидатуру.
С 1944 года
в власовской армии. Сотрудникам МГБ позднее он заявит: «У меня были намерения
создать в легионе роты из чувашей, мордвы, марийцев и удмуртов, так называемые.
православные роты., укомплектовать их своим национальным командным составом, 
обучать
их военному делу на своем родном языке. Мои шаги в этом направлении встречали 
отпор со
стороны руководства организации. Идель-Урал.». В дополнение Паймук сообщил, что 
для
усиления религиозной пропаганды в православных ротах хотел иметь священников и
издавать для православных легионеров свою газету. Ф. Паймуком и С. Николаевым 
были
разработаны отдельные нарукавные эмблемы для отличия поволжских легионеров от
татарских военнослужащих. Николаев предложил эмблему с изображением на желтом 
фоне
колосистой ржи со снопом и воткнутым серпом в него и надписью «Идель-Урал».
В январе 1945 года Паймук по собственной инициативе посетил генерала
, что лично он и часть чувашских легионеров сочувствуют платформе Русского
Комитета. На встрече была достигнута договоренность о переходе православных 
легионеров
в ВС КОНР, образовании секции поволжских народностей, а вопрос о 
государственном
устройстве будет решен позднее. Власов предложил Паймуку договориться с 
Восточным
министерством о переходе чувашей, мордвы, мари, удмуртов с их газетой в ведение 
Русского
Комитета с образованием в нем национальных секций.