- Тогда подожди, - прервал мои объяснения Рокоссовский, - посоветуюсь с другими 
командармами и позвоню. 

Сколько времени прошло до следующего звонка, трудно вспомнить. 

Положив трубку, взглянул на часы - было 23.00. Утвердит командующий решение? 
Если утвердит, будет ли успех? Мысли сменялись одна другой. 

Пришел Липис и доложил, что ветер с моря усилился, уровень Одера повышается, 
вода заливает междуречье. На левом фланге, у Чувакова, вода прибыла на 20 
сантиметров, в центре, на участке корпуса Эрастова, уровень поднялся уже на 60 
сантиметров. 

Да, значит, именно наше решение правильно! Отдан приказ проверить положение 
дивизий 46-го корпуса в связи с приливом. Звонка командующего фронтом все нет. 
Невольно думалось, что он недоволен решением. Может быть, начальник штаба 
фронта уже пишет приказ по этому поводу? Помню, хожу по блиндажу - и будто бес 
на ухо шепчет: "Зачем на рожон лезешь? Наград тебе мало? Выполняй директиву. 
Завтра все равно конец войне". Но другой голос брал верх над сомнением: 

"Солдаты на нас надеются. Они никогда нас не подводили. Отступишь от своего 
решения - людей погубишь без толку. Действуй, как решил, победа будет". 

Звонок. 

- Как дела, Павел Иванович? Не передумал? 

- Нет, товарищ командующий, не передумал. Еще раз взвесил. Твердо уверен в 
успехе. Дело не только во мне. Войска верят... 

- Попов и Гришин считают, что начинать форсирование лучше в десять тридцать. 

- Для них - возможно, но в нашей армии обстановка коренным образом изменилась. 
Мы очистили всю пойму, до противника остался один бросок. Зачем нам ждать 
рассвета и ставить под удар лучших людей армии? Мы честно и искренне намерены 
помочь соседям. Начнем раньше, привлечем внимание противника, примем огонь на 
себя и тем будем содействовать успеху главной группировки фронта. 

- По-современному рассуждаете, - заметил Рокоссовский. - Доложите еще раз 
основное. 

- Товарищ командующий, сейчас уверенность в правильности принятого решения еще 
больше возросла. Вода в реке прибывает. 

- Это мне доложили. 

- Войска уже на дамбах, островках, в мелких рощах. Пойму заливает вода, это 
поможет плоскодонным лодкам преодолеть междуречье. 

- Согласен. Дальше. 

- Имея перед собой последний рукав реки, нам выгодно форсировать в предутреннем 
тумане... 

- Почему сокращаете артподготовку? 

- Войскам первого эшелона на преодоление Вест-Одера достаточно сорока минут. А 
мощь огня увеличится. Мы используем весь запланированный расход боеприпасов. 

- Будете у меня что-нибудь просить для усиления? 

- Ничего особенного не прошу... Если можно, дайте нам бригаду реактивных 
установок, она на подходе в нашем районе. 

- Она не успеет подготовить огни. 

- Готовить не надо, товарищ командующий. Будут действовать совместно с нашей 
бригадой. Используют ее данные. 

Рокоссовский некоторое время молчал, потом сказал: 

- Хорошо. Действуйте... Бери бригаду... Отвечать будем вместе, но в первую 
очередь - ты... Ни пуха ни пера. 

Будто стопудовый камень сброшен с плеч. На душе радость. 

- Вот как повернулось дело, Николай... Генерал Радецкий, обычно сдержанный в 
проявлении чувств, вдруг подхватил меня под мышки и стиснул, приподняв от пола. 
Мужская солдатская дружба!..