Картины боев в низовьях Одера (Одры) заново проходят перед главами. Последний 
подвиг 65-й. Полмесяца борьбы, чрезвычайно насыщенной событиями. Что в них 
самое интересное? Пожалуй, то, как вспомогательное, обеспечивающее направление, 
на котором действовала армия, переросло по логике событий в главное направление 
сил фронта. 

...Войска на марше. Машины рекогносцировочной группы командарма обгоняют в 
ночной темноте колонну за колонной. Знакомиться с новым рубежом выехали 
командиры всех трех корпусов и начальники родов войск - Борисов, Никитин, Новак,
 Швыдкой, новый командующий артиллерией армии П. П. Михельсон. 

- Какое совпадение, - говорил инженер, - опять, как на Днепре, сменяем 
шестьдесят первую армию. 

- Да, но теперь, кажется, на нашу долю останется самая черновая работа. 

- А я верю, - откликнулся шуткой Никитин, - что встреча с Беловым принесет 
снова удачу!.. 

Однако первое впечатление после бесед с командирами сдающих рубеж Степница - 
Грыфино частей армии П. А. Белова и 1-й польской армии было малоутешительным. 
Товарищи смогли снабдить нас крайне ограниченными сведениями о противнике. Они 
сами недавно вышли на этот участок, расположившись в лесах, километра за три от 
реки. Полная неясность царила в таких вопросах, как характер инженерных 
сооружений у немцев, расположение опорных пунктов, огневых средств, наличие 
резервов в глубине обороны. Времени - в обрез, а мы оказались слепыми. 

Поднявшись на крышу рыбачьего домика, стоявшего недалеко от берега, 
всматривались в долину Одера. С моря тянул сильный ветер и как будто раздвигал 
занавес утреннего тумана. Река лежала внизу, запутанная, подобно головоломке. 
Два мощных рукава - Ост-Одер и Вест-Одер - шириной от 100 до 240 метров, а 
между ними огромная трехкилометровая пойма, вся переплетенная бесчисленными 
протоками, каналами и дамбами, среди которых возвышались похожие на казематы 
быки взорванного моста Берлинской автострады. Гидротехнические и дорожные 
сооружения выглядели так, словно их нарочно создавали для нужд обороны. 
Километрах в четырех, на западном берегу Вест-Одера, поднимались крутые высоты. 


После осмотра местности состоялся обмен мнениями с командирами корпусов. Как 
получить в короткие сроки сведения о щецинской группировке немецко-фашистских 
войск, занимавших главную полосу обороны по западному берегу Вест-Одера с 
сильным прикрытием в междуречье? Все сошлись на том, что в этих сложных 
условиях имеется только один способ: провести частную операцию крупными силами 
на широком фронте и добыть нужные данные. Заставить немцев показать свою 
оборону, раскрыть систему огня. 

Таким образом, нужда навела в то утро на мысль о частной операции в междуречье. 
Генералам Эрастову и Чувакову было сказано: обдумайте и представьте свои 
наметки, стараясь решить попутно и главную задачу - улучшить исходное положение 
войск, приблизиться к противнику. О большем пока не думали, хотя именно это 
решение и привело в конце концов к крутому перелому событий 20 - 23 апреля. 

Вскоре на Одер прибыл командующий фронтом. Пригласил всех трех командармов 
ударной группировки фронта участвовать в его личной рекогносцировке. Это было 
10 апреля. Встреча состоялась в районе Жидовице на НП 65-й, у автострады 
(когда-то в этом здании было управление шлюзами). Первым приехал наш левый 
сосед - генерал В. С. Попов, командующий 70-й армией, за ним следом командарм 
49-й генерал И. Т. Гришин и маршал с большой группой генералов. 

Настроение приподнятое. На огромной территории развертывалась великая битва за 
Берлин. В то время как войска нашего фронта готовили наступление на щецинском 
направлении, 1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты осуществляли широкие 
мероприятия по подготовке операции на берлинском направлении. Еще усилие - и 
гитлеровский рейх будет уничтожен. 

Рокоссовский сказал: 

- Прежде всего, товарищи, я передам вам требование Ставки. Наступление наших 
войск должно вестись с незатухающей силой днем и ночью. Дни гитлеровской 
Германии сочтены. Но темп теперь не только военная проблема. Это проблема 
большой политики. 

Далее командующий объявил замысел фронтовой операции. Мы должны не выпустить 
Мантейфеля{32} к Берлину. 

Войска 2-го Белорусского фронта ударом своего левого крыла на северо-запад 
отсекают от берлинского направления основные силы 3-й танковой армии немцев, 
прижимают их к морю, где и уничтожают. 

Ударом на Штрелитц решалась идея прорыва всего оперативного построения обороны