хвосте машины. Выходим из зоны огня: надо подождать, пока какой-нибудь состав 
не 
двинется на перегон.

Отлетели в сторону. Зенитки прекратили огонь. Наблюдаем. Досадно: ни один 
эшелон 
не трогается с места. А время, отведенное на охоту, подходит к концу. И вдруг я 

заметил, что на разъезде стоит эшелон - словно замер. Командую ведомому:

- Прикрой! Иду в атаку!

Открываю огонь с бреющего полета. Проскакиваю над вагонами. И вдруг самолет 
качнуло от взрывной волны: это начали взрываться вагоны. Дело сделано. Эшелон 
был с боеприпасами. Возвращаемся к радомскому аэродрому: авиация все же больше 
меня привлекает. Вижу на окраине самолеты, замаскированные ветками. С ходу 
атакую. Но зенитчики не дремали: так по нас сыпанули, что пришлось скрыться в 
облака. Снаряды разрывались даже за ними, но мы ускользнули.

Когда мы вернулись к себе на аэродром, новичок Филиппов без конца рассказывал о 

нашей охоте, о том, как мы попали под обстрел. Уверял, что все зенитки якобы 
били по моему самолету, описывал, как взрывались вагоны.

Командир спросил меня:

- Ну как стажер? Не оторвался?

- Нет, даже в облаках удержался. Молодец Яков!

У нас произошли перемены. Мы проводили Шебеко, получившего назначение в другую 
часть. И в тот же день с Первого Украинского фронта прибыл новый штурман, Герой 

Советского Союза гвардии майор Александр Сергеевич Куманичкин.

О нем мне уже много рассказывал командир полка. Они вместе воевали во 2-й 
воздушной армии.

- Истина известная: чем больше с товарищем летаешь, тем больше его узнаешь, - 
говорил командир. - Мы с Куманичкиным уже слетались. Я буду летать в паре с ним,
 
а ты - с Титаренко. Теперь у нас по напарнику.

- Отлично! Чаще вылетать буду.

До сих пор Титаренко, ведомый командира, был напарником у нас обоих.

Командир представил Куманичкина однополчанам. Многие уже давно знали его и 
встретили как старого фронтового друга.

Александр мне сразу очень понравился. Смелое лицо, добрые карие глаза внушали 
симпатию и доверие. Его биография во многом напоминала биографию большинства из 

нас. До войны рабочий на обувной фабрике "Буревестник" в Москве. Кончил 
аэроклуб, потом - летное училище. После училища - фронт. Особенно Куманичкин 
отличился в боях за освобождение Киева. На его боевом счету было более двух 
десятков сбитых фашистских самолетов.

Он сразу приступил к своим обязанностям штурмана полка, быстро вошел в курс дел.


Поселился Куманичкин вместе со мной и Титаренко и первый же вечер рассказал о 
боях, в которых принимал участие.

Вспомнили мы сражение на Курской дуге, где воевали по соседству. И, как это 
бывало на фронте, мы сразу подружились.

На следующий день Александр умело и интересно провел занятия с летным составом, 

еще и еще раз напомнив всем нам о том, что воздушному охотнику необходима 
отличная штурманская подготовка.

- Каждый из нас, - говорил он, - должен так изучить рзйон, чтобы быстро 
ориентироваться в любой обстановке. В воздухе надо все время отдавать себе 
отчет 
в том, где находишься.