| |
позволяющим выключать магнитный взрыватель. 4. После введения контактного
устройства типа «А» командующий подводными силами 2 октября издал приказ,
требующий впредь вести стрельбу торпедами с ударным взрывателем. Благодаря
этому временно устранялась опасность из-за преждевременного срабатывания
взрывателей. Проведение этого мероприятия было необходимо для обеспечения
безопасности лодок до окончательного выяснения причин преждевременного действия
взрывателей. 5. В начале октября главный инспектор торпедного оружия сообщил,
что причиной преждевременного действия взрывателя «G7е» является неудачное
расположение проводов. Так как в настоящее время провода размещаются иначе,
взрывателями «G7е» можно снова пользоваться для стрельбы с установкой торпеды
на глубину, превышающую осадку цели. Преждевременное действие взрывателя «G7а»
торпедный инспектор объясняет посторонним механическим воздействием. Поэтому от
употребления взрывателя «G7а» следует воздержаться до выяснения вопроса о
возможности применения его для стрельбы с установкой торпеды на глубину,
превышающую осадку цели. Я выразил сомнение и беспокойство по поводу столь
различных объяснений причин неполадок. По после заверений торпедного инспектора,
что взрыватели типа «G7e» теперь надежны, разрешил для проверки пользоваться
взрывателями типа «G7e» при стрельбе с установкой торпеды на глубину,
превышающую осадку цели. 6. 18 октября «U-46» донесла, что при атаке конвоя
торпеда со взрывателем «G7е» сработала преждевременно. Это доказывало, что,
несмотря на изменения, взрыватели «G7е» все еще ненадежны. Поэтому я снова
приказал при стрельбе торпедами с взрывателями «G7е» использовать ударный
взрыватель и отключать магнитный (устройство «А»). Таким образом, мы вернулись
к положению, существовавшему в 1914-1918 годах. Но я вынужден был отказаться от
использования магнитных взрывателей, преимущества которых так часто превозносят.
Это было сделано для того, чтобы избежать потерь из-за несовершенства боевых
средств, а также для устранения причины неуспеха подводных лодок (в то время
единственной причиной неуспеха считалось преждевременное срабатывание
взрывателя). 7. 20 октября торпедный инспектор доложил, что торпеды («G7a» и
«G7e») подходят к пели на глубине на два метра ниже заданной. Многочисленные
донесения командиров подводных лодок об отказах ударных взрывателей, несмотря
на точные расчетные данные стрельбы, давали основание предполагать, что торпеды
идут к цели на глубине ниже заданной и потому проходят под килем судна. Так
выявилась новая и весьма серьезная причина отказов при стрельбе торпедами с
ударными взрывателями. Во избежание безрезультатных атак из-за движения торпед
на глубине ниже заданной, 20 октября я приказал при стрельбе торпедами с
ударными взрывателями устанавливать глубину хода торпеды не более четырех
метров. По предложению торпедного инспектора я дополнил приказ указанием
устанавливать торпеду на глубину хода на два метра меньшую, чем осадка
судна-цели. Но чтобы торпеда не выскакивала на поверхность, наименьшая глубина
ее хода должна быть не ниже трех метров, а в условиях характерной для Атлантики
мертвой зыби — не ниже четырех метров. Таким образом, исключается возможность
стрельбы по целям с осадкой меньше пяти-шести метров, то есть исключается
возможность, например, атаки эскадренных миноносцев. 8. 23 октября на совещании,
состоявшемся в Вильгельмехафене у командующего подводными силами с участием
главного инспектора торпедного оружия, а также начальников экспериментального
торпедного института и торпедно-испытательной станции, участники его
договорились о нижеследующем: а) необходимо учитывать обнаружившиеся
значительные отклонения торпед от заданной глубины в значительно большей
степени, чем это принималось в расчет до последнего времени; в) причина
преждевременного срабатывания взрывателей еще не установлена; с) необходимо
устранить по меньшей мере возможности самопроизвольного действия взрывателя в
конце хода торпеды. Все это свидетельствует о том, что возможности
использования торпедного оружия сильно ограничены, так как при ударных
взрывателях существовала опасность прохождения торпеды ниже заданной глубины, а
при магнитных взрывателях — опасность их преждевременного срабатывания. 9. 5
ноября промышленность предложила новый (комбинированный) взрыватель ударного и
магнитного действия Рi (А + В). Надеются, что он устранит неполадки благодаря
стабилизации магнитной стрелки. С принятием его на вооружение мы снова вернемся
к использованию магнитных взрывателей. Для определения глубины хода торпеды
даются указания устанавливать ее, исходя из осадки цели плюс один метр. К
сожалению, при повышенном ходе торпеды не разрешается использование взрывателя
«G7a» из-за трудностей, связанных с механическими свойствами взрывателя. Теперь
все надежды возлагаем на новый взрыватель. В связи с этим продолжающие
поступать сообщения о случаях отказа взрывателей не представляются столь
существенными. 10. 8 и 9 ноября вышли в море «U-28U и „U-49“ — первые подводные
лодки, торпеды которых были снабжены комбинированными взрывателями. 19 ноября
„U-49“ донесла о преждевременном срабатываиии взрывателя „G7а“, несработавшем
взрывателе „G7е“ и о детонации „G7а“ в 200 метрах. Это донесение разрушило наши
самые радужные надежды. Никакого улучшения положения, следовательно, достигнуто
не было. Поступают новые донесения командиров других подводных лодок о
преждевременных срабатываниях взрывателей и отказах. После объяснений с
торпедным инспектором, который продолжает верить в надежность взрывателей при
установке торпеды на глубину хода, превышающую осадку цели, я также склонен
пока считать недоказанной возможность отказа взрывателя. Имеющие место случаи
преждевременного срабатывания взрывателей, очевидно, следует отнести за счет
механических воздействий на взрыватель в условиях неспокойного моря.
Возможность отказов взрывателей пытаюсь устранить тем, что даю указания о
стрельбе при спокойном море, а также об установке хода торпед на большую
глубину. По согласованию с торпедным инспектором даю указание при плохой погоде
|
|