какой-нибудь мостик между Германией и западным миром на 
этой стадии борьбы и при тогдашних германских правителях. 30 апреля, когда в 
западных частях города бой шел еще на окраинах, русские пробились с востока в 
центр до здания министерства авиации и Унтер-ден-Линден. Рассеялись последние 
надежды на освобождение силами Венка, Штейнера и Буссе. Гитлер мог бы 
использовать возможность предстать перед своими противниками и принять на себя 
ответственность за все, что было сделано от его имени или по его приказу за 
истекшие годы – иногда по причине беспрекословного повиновения и слепого 
фанатизма – сверх того, что требовала война. Гитлер мог еще своей личностью 
освободить немецкий народ, бившийся за свои кровные права, от всего того, что 
опорочивало эту борьбу в глазах всего мира. Он, заявивший много лет назад, что 
эта борьба – его борьба, которую он ведет для немецкого народа и за которую он 
один в ответе, избрал противоположный путь. Уверенный до последнего вздоха в 
своей правоте, полный упреков против всех, кто будто бы стоял на его пути к 
победе и подрывал основы этой победы, он бежал своих земных судей, «дабы не 
попасть в руки врагов, которые желают устроить организованное евреями 
представление для развлечения своих растравленных масс».
      30 апреля после полудня Гитлер покончил с собой.
      Последние бои на два фронта  
      После того как в последние дни апреля освобождение Берлина было признано 
невыполнимым даже самыми упорными сторонниками этой операции и всякие попытки в 
этом направлении прекращены, в Северной Германии оставалось еще три очага 
сопротивления: группа армий «Висла» в Мекленбурге и Северном Бранденбурге, 
соединения на Нижней Эльбе, находившиеся в распоряжении командующего немецкими 
войсками на Северо-Западе, и 12-я армия южнее Потсдама.
      Группа армий «Висла» к утру 2 мая, сохранив свой фронт непрорванным, 
вышла в результате отхода примерно на рубеж Виттенберге, Пархим, Бютцов, 
Бад-Доберан, когда группа армий Монтгомери, захватившая еще в предшествующие 
дни плацдармы на почти не оборонявшейся немецкими войсками Эльбе, перешла в 
наступление в направлении Балтийского побережья и провинции Шлезвиг-Гольштейн. 
Для прикрытия своего продвижения она выдвинула на восток один корпус 
американцев, который в течение 2 мая достиг рубежа Людвигслуст, Шверин, Висмар. 
Вследствие этого удара по незащищенному тылу группы армий «Висла» последняя 
оказалась всего лишь на расстоянии 20 – 30 км  от фронта русских войск, 
грозивших ей пленом или уничтожением; от этого группу армий могло спасти лишь 
благоразумие западного противника. В тот же день командующие обеими армиями – 
21-й и 3-й танковой, не дожидаясь начала переговоров о повсеместном прекращении 
огня, установили личный контакт с американцами и добились того, что их 
повернутые фронтом против русских войска получили право, сложив оружие в ходе 
дальнейшего отступления, перейти через линию фронта американцев. Обе армии были 
спасены от безоговорочной капитуляции на поле боя, которая неизбежно привела бы 
их в русский плен. Их главные силы в самый последний момент исчезли за 
американским фронтом.
      У командиров соединений в районе Гамбурга не было подобных забот. 
Поддержанные последними вылетами немецкой авиации, они оказали еще 
кратковременное ожесточенное сопротивление форсировавшим Эльбу в районе 
Лауэнбурга англичанам, но затем, видимо, под впечатлением известия о смерти 
Гитлера, прекратили почти всякое сопротивление. Гамбург благодаря своевременно 
начатым переговорам после разрешения некоторых внутренних вопросов был без боя 
занят англичанами и избавлен от дальнейших разрушений. 2 мая бои в этом районе 
и западнее, вплоть до реки Везер, прекратились. Англичане остановились на 
рубеже, проходившем севернее Любека и Гамбурга. Особых действий с немецкой 
стороны, предшествующих общей капитуляции, здесь не требовалось, так как фронта 
против русских не было.
      Совершенно иным было положение 12-й армии южнее Потсдама. Прикрыв 1 мая 
отходящие разбитые войска 9-й армии, она попала примерно в такое же положение, 
как и группа армий «Висла». Осложняющим моментом было то, что американцы стояли 
за такой водной преградой, как Эльба, форсирование которой следовало не только 
организовать технически, но и согласовать с американцами. В сложившейся 
обстановке наиболее благоприятным пунктом для переправы был район Тангермюнде. 
Кое-как обороняемый рубеж на реке Хафель обеспечивал некоторую защиту с тыла, 
который, как казалось, подвергался опасности лишь под Хафельбергом, где русские 
оказывали сильное давление. Сюда армия перебросила на автомашинах одну дивизию, 
сняв ее с южного фланга. В течение 2 мая 12-я армия, прикрываясь арьергардами, 
все время самоотверженно сдерживающими преследующих их по пятам русских, начала 
отступление и проводила его в расчете на быстрый отрыв от противника почти 
непрерывными дневными и ночными переходами. Пока походные колонны выходили на 
Эльбу, штаб армии вошел в переговоры с американцами в районе Стендаля. Он 
просил разрешения о переправе через Эльбу всей армии, включая также 
вольнонаемный состав и взятых ею под защиту беженцев. Армии пришлось горько 
разочароваться, так как в разрешении на переправу беженцев было отказано. Дни 5 
и 6 мая были использованы на то, чтобы под защитой большого предмостного 
укрепления в районе Ферхланд, Тангермюнде, восточнее Стендаля, переправить 
через Эльбу многочисленных раненых и больных, в том числе и небоеспособные 
остатки 9-й армии, а также свой вольнонаемный состав. Нелегально удалось 
переправить также значительную массу беженцев. 7 мая переправы были освобождены 
для переброски последних ведущих бой частей, и в тот же вечер армия полностью 
оказалась на западном берегу Эльбы. Снова удалось спасти примерно 100 тыс. 
человек от русского плена и обеспечит