отойти к Эль-Газалю, хотя главные силы Африканского корпуса из-за нехватки 
предметов снабжения еще находились в районе Мсуса. Английская 8-я армия 4 
февраля отошла на оборонительные позиции у Эль-Газаля, но только в начале 
апреля Роммель, преодолев колебания итальянского высшего военного командования, 
смог продвинуть свои войска к позициям англичан.

К этому времени англичане начали строить полевые фортификационные сооружения и 
ставить обширные минные поля, стремясь превратить рубеж у Эль-Газаля в сильно 
укрепленную оборонительную позицию. Вскоре подготовка этого рубежа к обороне 
отошла на второй план, поскольку английское командование решило предпринять 
отсюда наступательные действия. Дело в том, что позиции у Эль-Газаля 
представляли собой удобный плацдарм для наступления и были менее пригодны для 
обороны, так как не имели достаточной глубины. За исключением прибрежного 
сектора, укрепленные пункты находились слишком далеко друг от друга, чтобы 
обеспечить эффективную взаимную поддержку огнем. Они тянулись в южном 
направлении на 50 миль от побережья. На левом фланге позиция у Бир-Хашейма, 
которую занимала 1-я бригада Свободной Франции под командованием генерала 
Кенига, находилась в 16 милях от позиции у Сиди-Муфты. Другим осложняющим 
оборону обстоятельством стало создание в Бельхамеде передовой базы и 
конечно-выгрузочной станции в предвидении возобновления наступления. Это был 
очевидный объект для флангового удара противника, и необходимость прикрывать 
сосредоточенные там обширные запасы [297] материальных средств постоянно 
беспокоила английских командиров в ходе боевых действий, сковывая свободу 
маневра.

Разработке планов боевых действий сильно мешали разногласия среди английских 
руководителей относительно целесообразности и желательности наступления в 
ближайшие сроки. Начиная с февраля, Черчилль настаивал на возможно раннем 
начале наступательных операций, указывая, что у англичан на Ближневосточном 
театре бездействуют 635 тыс. человек, в то время как русские ведут отчаянную 
борьбу, а Мальту, что находилась совсем рядом, буквально стирает с лица земли 
непрерывными налетами авиация Кессельринга. Однако Окинлек, хорошо знающий 
недостатки английских войск в техническом и тактическом отношении, предпочитал 
подождать, пока силы Ритчи возрастут до уровня, достаточного для нейтрализации 
качественного превосходства войск Роммеля. В конце концов Черчилль, не 
согласившись с аргументами Окинлека, решил направить ему категорический приказ 
с требованием начать наступление: Окинлек должен был "либо подчиниться, либо 
уйти со своего поста". Роммель 26 мая нанес удар первым и вновь упредил 
англичан, намеревавшихся начать наступление в середине июня.

С обеих сторон были использованы гораздо большие силы, чем в операции 
"Крусейдер", хотя число дивизий оставалось прежним (три немецкие, в том числе 
две танковые, и шесть итальянских, в том числе одна танковая, против шести 
английских, в том числе двух бронетанковых). Если оперировать числом дивизий, 
как это делают обычно государственные деятели и генералы, то Роммель имел 
девять дивизий против шести. Подобная военная арифметика используется до сих 
пор для оправдания поражения англичан.

В действительности же соотношение сил было совершенно иным, и оно показало, 
насколько дезориентирующим может быть счет "дивизиями". Четыре из пяти 
итальянских пехотных дивизий но имели транспортных средств и поэтому не могли 
принимать активного участия в таких маневренных операциях, как у Эль-Газаля. 
Английская же 8-я армия располагала в изобилии не только транспортом, но и 
двумя, отдельными моторизованными бригадными группами, а также двумя армейскими 
бронетанковыми бригадами в дополнение к шести дивизиям. Кроме того, в одну из 
ее двух бронетанковых дивизий входило две танковые бригады вместо одной по 
штату. Таким образом, в общей сложности 8-я армия имела четырнадцать танковых 
частей (и еще три были на подходе) против семи танковых частей Роммеля, причем 
только четыре немецкие части были оснащены современными танками. [298] 

У англичан в танковых частях 8-й армии было 850 танков еще 420 танков могли 
быть присланы в качестве подкрепления. Их противники имели в общей сложности 
560 танков, причем 230 из них были устаревшими и ненадежными итальянскими 
танками, а из 330 немецких танков 50 были легкими. По-настоящему могли показать 
себя в бою только 280 немецких средних танков, вооруженных пушкой. В резерве у 
немцев было всего около 30 танков, находящихся в ремонте, и примерно 20 танков 
новой партии, только что выгруженной в Триполи. Таким образом, при 
реалистическом подсчете англичане имели численное превосходство в соотношении 
3:1 к началу танковых боев и более чем 4:1 в случае длительных боев.

В артиллерии англичане также обладали численным превосходством в соотношении 
3:2, однако это преимущество частично нейтрализовалось тем, что у англичан все 
орудия были распределены по дивизиям, а Роммель весьма эффективно использовал 
подвижной резерв из 56 орудий среднего калибра, который он держал в своем 
собственном распоряжении.

В авиации соотношение сил было примерно равным. Английская "авиация пустыни" 
имела приблизительно 600 самолетов первой линии (380 истребителей, 160 
бомбардировщиков и 60 самолетов-разведчиков) против 530 немецких и итальянских 
самолетов (350 истребителей, 140 бомбардировщиков и 40 самолетов-разведчиков).