автобусы, сплошные магазины на всех улицах, мимо которых ехали на посольской 
машине. 
 Сразу сдали почту в секретный отдел и разместились, опять вдвоем в одном 
номере, в посольской гостинице. 
 Было очень заманчиво походить, поглазеть по улицам, но Ромашкин решил сначала 
избавиться от драгоценного пакета, который постоянно ощущал в кармане на 
нательной рубашке. 
 В столовую сходили вместе, а потом Ромашкин сказал: 
 — Пойду, подышу в садике. 
 — Иди, погуляй, — согласился Тимофеевич, — почту будем принимать завтра. 
 Василий прошелся по двору, посидел на лавочке. Потом спросил проходившую мимо 
сотрудницу посольства: 
 — Скажите, пожалуйста, где у вас магазин? 
 — Идите вон к тому крайнему дому, там вход в подвальное помещение, увидите и 
вывеску. 
 Ромашкин не успел дойти до входа в магазин, как к нему подошел человек, 
которого он видел на фотографии в кабинете начальника ГРУ. 
 — Вы настоящий ухажер, с женщинами заговариваете, — сказал он, улыбаясь и 
подчеркнув слово «ухажер». 
 — Здравствуйте, — ответил Ромашкин и тут же полез за пазуху. 
 — Не здесь, — остановил его мужчина, — идемте в магазин. Они спустились в 
полуподвальное помещение, в пустом тамбуре перед входом в торговый зал знакомец 
сказал: 
 — Давайте. 
 Ромашкин тут же передал конверт, и мимолетный знакомец вышел назад во двор.
 Избавившись от пакета, Василий почувствовал облегчение — дело сделано! Он 
вошел в магазин, посмотрел на товары и цены. Его командировочных хватило на 
пачку чая, упаковку носовых платков и три пары носков. 
 На этом, собственно, особое задание и завершилось. Обратный путь с Пантелеем 
Тимофеевичем проделали так же благополучно. Ромашкин в дороге отдохнул, 
отоспался, с радостью думал о том, что поручение выполнено и оказалось оно 
совсем несложным. 
 Начальник ГРУ — человек очень занятой, он не смог встретиться с Ромашкиным 
после возвращения. Позвонил по «кремлевке» Петухову и попросил пригласить 
«ухажера» к этому телефону. Когда Ромашкин пришел в кабинет Петухова, генерал 
доложил по «кремлевке» начальнику ГРУ, тот тепло поблагодарил Василия и без 
долгих слов повесил трубку. 
 Ромашкин не знал ни сути, ни замысла операции, в которой он участвовал. Как 
говорил начальник школы во вводной лекции, каждый разведчик знает об операции 
только в части, его касающейся. Вот и Василий вложил свою крупицу в общее дело, 
и на этом его миссия закончилась. А в чем заключается операция в целом — не 
знает никто, кроме ее организатора. Лягут все документы в архивные коробки, и 
будет им определена степень секретности — двадцать пять, пятьдесят, сто лет или 
даже «Навечно». 
 Но читателям невозможно ждать такой долгий срок. Для того чтобы прояснить, чем 
же занимался Ромашкин в этот раз, — —,—лт,лттт  г^п  ТТТЛТС1Т тл мел^япов 
советского посла в Англии Виктора Ивановича Попова, которые были опубликованы 
много лет спустя после описываемых событий. 
  «* ^итгогЯта 1 од*? тяятттиАо шифровалыцик советского посольства в Канаде, 
сотрудник ГРУ (Главное разведывательное управление Генерального штаба Красной 
Армии) Игорь Гузенко обратился в оттавскую полицию с полным кейсом секретных 
документов, свидетельствовавших о разведывательной работе советских спецслужб в 
США, Англии и Канаде…  
  По показаниям Гузенко были арестованы несколько очень ценных советских 
агентов. На допросах он рассказал и о том, что ему известны агенты, работающие 
в Англии" 
 . 
 Посол Попов об этом пишет: 
 " Гузенко сообщил о двух советских агентах-англичанах, работавших в британских 
спецслужбах. Он не знал их фамилий, но утверждал, что оба они значились под 
кодовым именем «Элли». Кто были те, которые скрывались под псевдонимом «Элли»? 
Первое имя было идентифицировано довольно быстро как Кай Уилшер. Она работала в 
британском верховном комиссариате в Оттаве. Уилшер призналась в передаче 
некоторых документов в советское посольство и была приговорена к трем годам 
тюрьмы. Но кто был «вторым Элли»?  
  Естественно, это больше всего озадачило англичан. Они решили послать в Канаду 
одного из контрразведчиков 
 ". 
 Вот здесь и включается в ход событий начальник Главного разведывательного 
управления, а его указания, которых никто не должен был знать, Ромашкин и 
привез в сверхсекретном конверте. Это подтверждается дальнейшим рассказом 
советского посла, он пишет, что в США был командирован Роджер Холлис, для того 
чтобы вытащить из Гузенко все, что поможет разоблачить советских агентов в 
Англии. 
  Смущает, если не сказать больше, поведение Холлиса во время допроса Гузенко. 
Существуют разные версии допроса, который проводил Холлис, но все они сходятся 
в одном — допрос был очень поверхностным, и казалось, что Холлис меньше всего 
заинтересован в том, чтобы добыть истину. А может быть, он и не ставил перед 
собой такой цели?  
  «Джентльмен из Англии» — так называл Гузенко Холлиса. По его мнению, задача