вроде липкого шара, который невозможно ухватить руками.
     Паннвиц родился в 1911 году в Берлине. Его становление вплоть до дня, 
когда он заделался криминальратом — советником уголовной полиции, — смело можно 
считать чрезвычайно интересной темой для психиатрических исследований. Еще 
мальчишкой он примыкает к организации христианских скаутов. Строгое религиозное 
воспитание в семье побудило его изучать теологию, которой он посвятил три года 
жизни. Но профессии пастора он все же предпочел ремесло палача, ибо 
неисповедимы пути господни!
     Гитлер приходит к власти, когда Паннвицу двадцать два года. Будучи 
чиновником уголовной полиции (Крипо — «Криминальполицай»), он 
прикомандировывается к отделу «трудных случаев», но обычные уголовные 
преступления не соответствуют его размаху. Слишком уж они повседневны, 
вульгарны. То ли дело политические репрессии! Вот где можно понастоящему 
показать себя! А самый надежный и быстрый подъем по лестнице нацистской 
иерархии ведет через гестапо. Значит, вперед! Фортуна благоволит ему. Его 
начинают замечать, ценить. Молодой волчонок приближается к королю хищников — он 
становится одним из сотрудников Гейдриха, который собирает вокруг себя 
способных и склонных к авантюризму молодых людей, так сказать, потенциальных 
хищников. Некоторые из них впоследствии заставят немало говорить о себе, их 
имена — Эйхман, Шелленберг…
     29 сентября 1941 года Гейдрих назначается вицегубернатором Богемии и 
Моравии и переезжает в Прагу97. Его правая рука — Паннвиц. Для чехословацкого 
народа настает пора страшных страданий. Заполняются концентрационные лагеря. 
Сотни антинацистов расстреливают, депортируют, подвергают пыткам. Лондон и 
чехословацкое правительство в изгнании решили десантировать в Чехословакию 
партизанпарашютистов, чтобы дать отпор коричневому террору. 27 мая 1942 года 
происходит тщательно подготовленное покушение на Гейдриха. Тяжело раненный, 
этот палач умирает 4 июня.
     Начинаются ужасающие репрессии. Паннвиц, лично ответственный за 
безопасность вицегубернатора, взбешенный своей явной неудачей, возглавляет 
массовые преследования населения. По указанию Геббельса главными «носителями 
зла» объявляются евреи. Поэтому немедленно умерщвляют несколько сотен еврейских 
узников концлагеря Терезиенштадт. Всего на чехословацкой территории в тюрьмах 
содержатся три тысячи человек, но после смерти Гейдриха разгул террора как бы 
удваивается, кровь льется рекой. В одной только пражской тюрьме расстреливают 
тысячу семьсот чехов, в Брно — тысячу триста. 10 июня немцы казнят всех мужчин 
и детей маленькой деревушки Лидице, женщин увозят в концлагерь Равенсбрюк.
     Паннвиц лично ведет следствие по делу о покушении на Гейдриха. Он же — 
инициатор всех этих ужасающих злодеяний. Перед его глазами мелькают тени 
бесчисленных загубленных им людей, видения непрерывных пыток в подвалах 
пражской тюрьмы. Наконец, он возглавляет атаку отряда СС на церковь Кирилла и 
Мефодия, в которой укрылась группа партизан, участников покушения…
     После этих событий у Паннвица было несколько неприятных столкновений с его 
шефами в Берлине, и он счел за благо исчезнуть на некоторое время. Он 
отправляется на русский фронт, где проводит в своем подразделении всего четыре 
месяца. Он опасается вредного воздействия сурового русского климата на свое 
драгоценное здоровье. В начале 1943 года он возвращается в Берлин в качестве 
сотрудника «гестапоМюллера». Ему поручают проверку сведений, сообщаемых 
зондеркомандой из Парижа, но его новый шеф по достоинству оценивает своего 
подручного, понимая, что помимо качеств высококвалифицированного палача тот 
вдобавок может участвовать и в акциях, касающихся «высокой политики». Паннвиц 
наделен богатым воображением. Уже после своего возвращения из Праги он 
предлагает план, который, по его мнению, позволит разделаться с чешским 
Сопротивлением. На место каждого арестованного патриота, утверждает он, встают 
десять других. Следовательно, остается только одно: арестовывать руководителей 
и «поворачивать» их. Перейдя на германскую сторону и сохранив свои места в 
Сопротивлении, они изнутри подорвут его.
     Весьма заманчивый на бумаге, план Паннвица все же не отвечает создавшейся 
экстренной ситуации. В Чехословакии гестапо не может мешкать, оно должно 
немедленно наносить быстрые и сильные удары. Поэтомуто и прибегает к «добрым 
старым методам».
     Натолкнувшись на донесения зондеркоманды из Парижа, Паннвиц изучает их, и 
радости его нет предела: вот где по крайней мере пытаются осуществить его план, 
вот где люди по крайней мере понимают что к чему! И Паннвиц еще больше 
проникается уверенностью в правильности своей идеи: недаром же Гиринг, чтобы 
набить себе цену, на все лады расписывает «предательство Большого Шефа» и 
других членов «Красного оркестра», которыеде, нисколько не сопротивляясь, 
перешли на сторону Германии. Отсюда четкий и ясный план: добиться своего 
назначения на должность больного Гиринга, который не сегоднязавтра покинет 
свой пост. Для достижения этой цели Паннвиц старается заручиться поддержкой 
всех своих влиятельных покровителей…
     При моей первой встрече с Паннвицем я даже не подозреваю, что руки этого с 
виду добродушного малого, похожего на помощника бухгалтера какогонибудь 
скромного предприятия, обагрены кровью тысяч чешских патриотов. При встрече со 
мной он разыгрывает роль джентльмена, склонного заниматься только «большой 
политикой», словно его только для этого и позвали. По мнению его берлинских 
начальников, первая фаза «Большой игры» завершена. Когда уже столько сделано, 
когда принесено так много жертв для завоевания доверия Центра, надо пойти 
дальше, перейти ко второму этапу.
     События сами по себе как бы диктуют необходимость проведения новой