Я поэтому считаю, что общее положение должно быть полностью пересмотрено 
с тем, чтобы найти средства использовать американские и английские армии 
непосредственно на континенте. Кроме того, следует исходить из того, что 
побережье Северной Африки достаточно прикрыто авиацией и что в конце марта 
Средиземное море будет свободно для навигации военных транспортов, а это 
значительно облегчает положение с судами; что любые операции в Сардинии 
закончатся к началу июня; что все десантные суда и т. п., необходимые для 
операции «Раундап», должны вернуться в Англию к концу июня; что июль должен 
быть посвящен подготовке и что в августе или, в случае неблагоприятной погоды, 
в сентябре должен быть нанесен удар». 
      
      Я с радостью узнал, что генерал Маршалл, которого я полностью 
информировал через Дилла, одобряет мои доводы.
      Итак, я ознакомил читателя с положением, каким оно представлялось мне к 
концу 1942 года. Несомненно, скажут, что, как показал ход событий, я 
придерживался слишком оптимистической точки зрения на перспективы в 
СевероЗападной Африке и американские штабы правильно полагали, что решение об 
операции «Торч», принятое нами в июле, исключало возможность проведения 
операции «Раундап» в 1943 году. Конечно, именно так и случилось. Никто не мог 
предвидеть в то время, что Гитлер приложит такие огромные усилия, чтобы 
укрепиться на Тунисском мысу, и пошлет туда для этой цели воздушным путем и по 
морю, несмотря на тяжелые потери, почти 100 тысяч своих отборных солдат. Это 
была с его стороны серьезная стратегическая ошибка. Она, конечно, оттянула на 
несколько месяцев нашу победу в Африке.
      Если бы он сохранил войска, которые были взяты в плен или уничтожены там 
в мае, он мог бы либо укрепить свой откатывающийся фронт в России, либо 
сосредоточить силы в Нормандии, которые помешали бы нам попытаться осуществить 
операцию «Раундап» в 1943 году, если бы мы решили сделать это. Вряд ли сейчас 
ктонибудь может оспаривать разумность решения повременить до 1944 года. Моя 
совесть чиста: я не обманул и не ввел в заблуждение Сталина. Я делал все от 
меня зависящее.
      
Глава четырнадцатая
Необходимость встретиться 
      
      Наступила полоса явных неудач в Северной Африке. Хотя инициатива 
принадлежала нам и мы использовали преимущество внезапности, сосредоточение сил 
происходило неизбежно медленно. Нехватка судов диктовала жесткие ограничения. 
Разгрузке препятствовали воздушные налеты на Алжир и Бон. Не хватало дорожного 
транспорта. Одноколейная береговая железная дорога протяженностью 500 миль 
находилась в плохом состоянии, железнодорожное полотно проходило через сотни 
мостов и кульвертов, каждый из которых мог быть уничтожен актом вредительства. 
После прибытия большого количества немецких войск, переброшенных воздушным 
путем в Тунис, началось упорное, весьма организованное и ожесточенное 
сопротивление. Французские войска, которые теперь присоединились к нам, 
насчитывали более 100 тысяч человек. В большинстве это были хорошо обученные 
туземные войска, но они были еще плохо оснащены и неорганизованны. Генерал 
Эйзенхауэр передал под командование Андерсона все американские части, какие он 
только мог наскрести. Мы посылали все, что могли. Английская пехотная бригада 
совместно с частью американской 1й бронетанковой дивизии предприняла 
наступление на Меджез и заняла его, а 28 ноября почти достигла Джедейды, 
находящейся всего в 12 милях от Туниса. Это был кульминационный пункт зимней 
кампании.
      Наступил период дождей. Лило как из ведра. Наши импровизированные 
аэродромы превратились в болота. Немецкая авиация, хотя еще не многочисленная, 
действовала с хороших аэродромов, которые можно было использовать при любой 
погоде. 1 декабря немцы контратаковали, сорвав запланированное нами наступление,
 и через несколько дней английская бригада была вновь отброшена к Меджезу. 
Материалы можно было подбрасывать передовым частям только по морю и в небольшом 
количестве. И действительно, едва удавалось накормить их, не говоря уже о том, 
чтобы накопить какието запасы. Только ночью 22 декабря удалось возобновить 
наступление. На первых порах оно увенчалось некоторым успехом, однако на 
рассвете начался ливень, продолжавшийся три дня. Наши аэродромы стали 
непригодными, а автомашинам приходилось двигаться только по малопригодным 
дорогам.
      На совещании в сочельник генерал Эйзенхауэр решил отказаться от плана 
немедленного захвата Туниса и до тех пор, пока не удастся снова начать кампанию,
 сохранять передовые аэродромы на той общей линии фронта, которая была уже 
установлена. Хотя немцы несли большие потери на море, численность их войск в 
Тунисе продолжала возрастать. К концу декабря численность войск достигла 50 
тысяч.
      В то время как развивались эти операции, 8я армия прошла огромное 
расстояние. Роммелю удалось оттянуть свои потрепанные войска из ЭльАламейна в 
ЭльАгейлу. Его арьергарды испытывали сильный нажим, но попытка оттеснить его 
дальше к югу от Бенгази потерпела неудачу. Он остановился в ЭльАгейле в то 
время, как Монтгомери после длительного наступления сталкивался с теми же 
трудностями транспорта и снабжения, о которые споткнулись его предшественники. 
13 декабря Роммель был выбит со своих позиций и почти отрезан в результате 
широкого обходного маневра новозеландской 2й дивизии. Он понес жестокие потери,
 а авиация, находившаяся в Пустыне, уничтожила огромное количество его