| |
факт, что сам противник, возможно, собирается атаковать Вас в начале июня».
В результате этих напряженных дискуссий было решено послать генералу
Окинлеку твердый приказ, которому он должен был подчиниться либо быть снятым с
поста. С нашей стороны это было самой необычайной процедурой в отношении
высшего военного командира.
Премьер министр – генералу Окинлеку
10 мая 1942 года
«1. Начальники штабов, комитет обороны и военный кабинет еще раз
рассмотрели все положение в целом. Мы твердо решили, что нельзя допустить
падения Мальты без сражения, проведенного всей Вашей армией ради ее удержания.
Взятие этой крепости измором означало бы капитуляцию свыше 30 тысяч
военнослужащих сухопутных войск и авиации вместе с несколькими сотнями орудий.
Обладание ею дало бы противнику свободный и надежный мост в Африку со всеми
вытекающими из этого последствиями. Ее потеря перерезала бы воздушный путь, от
которого и Вы и Индия должны зависеть в отношении значительной части Ваших
подкреплений самолетами. Кроме того, это сорвало бы всякое наступление против
Италии и будущие планы, такие, как «Акробат» и «Джимнаст». По сравнению с
неизбежностью этих катастроф мы считаем, что риск для безопасности Египта, на
который ссылаетесь Вы, определенно меньше, и мы идем на него.
2. Поэтому мы повторяем взгляды, которые были выражены нами, с той лишь
оговоркой, что самая поздняя дата вступления в бой с врагом, которую мы можем
одобрить, – это та, которая позволила бы отвлечь внимание противника в такое
время, чтобы помочь проходу конвоев в период темных ночей в июне».
Наступила продолжительная пауза, когда мы не знали, согласится ли он или
подаст в отставку.
Премьер министр – генералу Окинлеку
17 мая 1942 года
«Мне необходимо иметь какой то отчет о Ваших общих намерениях в свете
наших недавних телеграмм».
Наконец пришел его ответ.
Генерал Окинлек – премьер министру
19 мая 1942 года
«1. Я намерен выполнить инструкции Вашего послания от 10 мая.
2. Я полагаю, что эта (Ваша телеграмма) не означает, что единственное,
что требуется, – это операция исключительно с целью отвлечь внимание противника
для того, чтобы помочь мальтийскому конвою, а что первоочередной целью
наступления в Ливии по прежнему остается уничтожение неприятельских сил и
занятие Киренаики как шаг на пути к конечному изгнанию противника из Ливии.
Если это мое предположение ошибочно, прошу информировать меня немедленно, так
как планы крупного наступления совершенно отличны от планов наступления,
предназначенного лишь для отвлечения внимания. Я действую исходя из того, что
мое предположение является правильным.
3. Предположив, что крупное наступление должно быть осуществлено, но что
его начало должно быть приурочено к такому времени, чтобы отвлечь внимание
противника и помочь мальтийскому конвою, выбор фактического момента начала
наступления будет определяться тремя соображениями: во первых, датой отплытия
конвоя; во вторых, неприятельскими действиями до того времени; в третьих,
соотношением сил в воздухе между противником и нами. Все эти факторы
подвергаются здесь углубленному и непрерывному изучению».
Я ответил немедленно.
Премьер министр – генералу Окинлеку
20 мая 1942 года
«Ваша интерпретация инструкций, содержавшихся в моей телеграмме от 10 мая,
абсолютно правильна. Мы считаем, что настало время для пробы сил в Киренаике и
что речь идет о существовании Мальты...»
Глава восемнадцатая
«Второй фронт немедленно!»
Апрель 1942 года
Тем временем президент Рузвельт также беспокоился о России и вместе со
своим штабом разрабатывал планы облегчения лежавшего на ней бремени.
Президент Рузвельт – бывшему военному моряку
2 апреля 1942 года
«Закончив изучение ближайших и долгосрочных проблем военного положения, с
которыми сталкиваются Объединенные Нации, я пришел к некоторым выводам, имеющим
настолько важное значение, что мне хотелось бы довести все до Вашего сведения и
попросить Вашего одобрения. В целом это все настолько зависит от полного
сотрудничества между Соединенным Королевством и Соединенными Штатами, что
Гарри[53] и Маршалл выедут через несколько дней в Лондон, чтобы в первую
|
|
