Лондон, 10 марта 1943 

Моя поездка в Триполитанию и Свободную Африку в настоящее время откладывается 
по разным причинам, особенно из-за противодействия английского правительства. 
Оно, вероятно, опасается, как бы мое пребывание в Триполи или на территории 
озера Чад не вызвало волнений во Французской Северной Африке или инцидентов с 
Жиро. Английское правительство боится также, как бы я не попал случайно в Алжир,
 что ребячески наивно. Но начинает вырисовываться план другой поездки. Пока что 
я вынужден отложить намеченное посещение наших войск и наших территорий. 
Нетрудно представить, как это меня печалит и огорчает. Однако обстановка 
требует терпения. 

В момент, когда вы приступаете в Северной Африке к серьезным переговорам от 
имени Национального комитета, я хочу разъяснить мои подлинные намерения. Я даже 
прошу вас довести их до сведения генерала Жиро и всех, кто способен работать в 
пользу объединения в духе доброй воли и высокого сознания. 

Я безгранично желаю, чтобы объединение империи произошло как можно скорее. 
Этого объединения требует положение Франции относительно врага. С другой 
стороны, существующее раздробление империи на две части может иметь 
катастрофические последствия для интересов Франции и ее положения относительно 
союзников. Когда речь идет об условиях объединения, прежде всего надо учитывать 
состояние умов в метрополии. Именно поэтому никогда и ни в какой форме мы не 
сможем объединиться с Дарланом или пойти на сделку с режимом Виши. Страна 
увидела у нас определенную концепцию, и она оказывает нам доверие не только 
сегодня, но верит и в наше будущее. Мы не имеем права сами лишать ее этой веры 
и этой надежды. Кроме того, формальное, лишенное искренности объединение было 
бы неуместно, ибо оно способствовало бы перемещению конфликта внутрь союза и 
быстро привело бы к общему параличу. Короче говоря, необходимо определить 
основу объединения, и мы ее изложили в меморандуме Французского национального 
комитета. 

Конечно, прискорбно, что в самый разгар войны и в самое бедственное время мы 
вынуждены выдвигать условия политического характера. Но у нас нет другого 
выхода, так как причина существующего разъединения заключается не только в 
противоположности мнений относительно жизненной необходимости бороться, но 
также в отношении к идеологии Виши. Не наша вина, что Франция переживает 
политический и моральный кризис, даже революцию, в то самое время, когда ей 
приходится воевать. 

У нас нет никакого намерения поставить самого генерала Жиро в затруднительное 
положение. Мы только хотим, чтобы как можно скорее он начал действовать с нами 
заодно. Мы не собираемся упрекать кого-либо, разве только тех, кто не чувствует 
себя обязанным выполнить свой военный долг, или тех, кто действительно 
олицетворяет капитуляцию и коллаборационизм; мы не собираемся выдавать себя в 
Северной Африке не за то, чем мы являемся на самом деле. Как никогда, мы 
убеждены в своей правоте. Мы пользуемся горячим одобрением почти всей массы 
французов и даже значительной части населения Северной и Западной Африки. До 
тех пор, пока не произойдет объединения, мы хотим оставаться тем, чем мы 
являемся сейчас, - организацией Сражающейся Франции. 

Я отдаю себе отчет в том, что вам придется маневрировать. В принципе я 
воздержусь от вмешательства в ваши маневры. В то же время я считаю необходимым, 
чтобы персонально я не был вовлечен в эти переговоры, пойдет ли речь о людях 
или о делах. Вы, конечно, согласитесь со мной. Прошу полагаться на надежность 
моей дружбы и моего доверия. 

Телеграмма Леона Машалла, председателя (временного) миссии Сражающейся Франции 
во Французской Северной Африке, генералу де Голлю, в Лондон 

Алжир, 13 марта 1943 

После двухнедельного пребывания в Алжире я пришел к выводу, что положение в 
Северной Африке одновременно и ухудшилось и улучшилось, чего в момент моего 
отъезда не представляли себе в Лондоне. Ухудшилось положение в том смысле, что 
некоторые элементы... упорно продолжают оставаться вишистами... Улучшилось - в 
том, что выявилось заметное изменение настроений в нашу пользу. Сегодня общая 
ситуация уже не та, как ее описывал Капитан. Теперь можно сказать, что мы 
представляем собой не просто деятельное меньшинство - отныне с нами большинство 
общественного мнения... 

Эта перемена объясняется тем, что люди, подвергавшиеся в течение месяцев 
непрерывному воздействию пропаганды, приходят в себя от отравления и начинают 
разбираться и понимать, что такое в действительности Сражающаяся Франция; с 
другой стороны, нынешние руководители являют собою зрелище такой 
посредственности и такой беспомощности, что недовольство начинает охватывать 
все круги. Все больше и больше людей возлагает свои надежды на генерала де 
Голля, чтобы положить конец существующему положению. Авторитет генерала Жиро с 
каждым днем истощается. Большинство чиновников его администрации все чаще 
обращается к нам с призывами объединиться... В некоторых официальных кругах нам